Кишечная палочка антибиотики: Аптека Ригла – забронировать лекарства в аптеке и забрать самовывозом по низкой цене в Москва г.

Содержание

Назначение двух антибиотиков помогает бактериям выработать лекарственную устойчивость

Представление, что комбинация антибиотиков будет лечить болезнь лучше, чем один антибиотик, потому что бактерии не смогут к нему приспособиться, неверно. Происходит все ровно наоборот.

Человечество борется с бактериальными инфекциями с помощью антибиотиков с начала ХХ века и пока ничего лучшего не придумало. Но антибиотики сплошь и рядом оказываются неспособны победить инфекцию из-за того, что бактерии вырабатывают к ним устойчивость. То есть вещество, которое должно быть токсичным для бактериальной клетки – разрушать клеточную стенку, например, или блокировать какие-то ключевые биохимические пути — вдруг перестает быть токсичным. Тогда врач назначает другой антибиотик или комбинацию из несколько препаратов. Иногда и это не помогает. Ученые разрабатывают все новые антибиотики, которые на первых порах эффективны, пока бактерии и к ним не приспособятся.

В общем, идет постоянная «гонка вооружений», в которой человек пока не может одержать победу.

Почему бактериям удается столь успешно отражать химические атаки лекарственных препаратов, выясняли ученые из Университета Эксетер, Великобритания, и Университета Киль, Германия. Они открыли парадоксальный факт: чем сильнее мы травим бактерии, тем быстрее последние вырабатывают устойчивость. Результаты работы авторы опубликовали

в открытом доступе в журнале PLoS Biology.

В лаборатории исследователи проводили эксперименты с обычной кишечной палочкой E.coli . Бактерии обрабатывали различными антибиотиками, поодиночке и в комбинациях, и наблюдали за тем, как они пытаются выжить. Неожиданно для биологов оказалось, что резистентность к антибиотикам кишечные палочки приобретали тем быстрее, чем более сильные средства против них использовали.

Более агрессивная терапия вызывала более быструю эволюцию.

Схема, по которой происходит «гонка вооружений» между бактериями и антибиотиками, такова. Первоначальное воздействие токсичного вещества убивает большую часть бактериальных клеток. Но, благодаря большому генетическому разнообразию, в любой популяции есть клетки, несущие определенные мутации, придающие невосприимчивость к данному яду. Такие клетки выживают и быстро образуют устойчивые клоны, которые процветают, несмотря на воздействие антибиотика.

Ученые установили, что обработка более сильными антибактериальными токсинами приводит к тому, что погибают все клетки, кроме немногих устойчивых мутантов.

В результате эти мутанты оказываются одни на зачищенном поле, где не испытывают никакой конкуренции со стороны других членов популяции. И начинают безудержно расти, умножая гены резистентности.

Если же антибиотик более слабый, выживают несколько разных бактериальных клонов, которые конкурируют между собой, и устойчивый клон не получает такого преимущества. К такому заключению биологи пришли, наблюдая за подопытными бактериями E.coli. Колонии бактерий росли быстрее, если их пытались уничтожить более агрессивным антибиотиком или сочетанием нескольких антибиотиков.

«Мы были удивлены тем, как быстро бактерии приобретают резистентность. Иногда антибиотик утрачивал свою силу в течение одних суток, — говорит Роберт Бедмор, профессор Университета Эксетер, специалист по генной инженерии. — Но теперь мы знаем, как это происходит».

Чтобы разобраться с механизмом выработки резистентности, ученые провели полное секвенирование геномов устойчивых и неустойчивых линий кишечной палочки, а также использовали математическое моделирование. Они выяснили, что бактериальные клетки, выжившие после первой атаки антибиотика, размножают специфические участки своего генома, содержащие гены устойчивости.

Образовавшиеся многочисленные копии этих генов во много раз усиливают способность клеток противостоять токсину.

Если терапия происходит путем комбинации нескольких разных антибиотиков, то копии устойчивых генов размножаются еще быстрее.
Так что бактерии заведомо опережают в «гонке вооружений» ученых, которые создают все новые и новые лекарственные препараты. Резистентность к антибиотикам специалисты считают одной из главных глобальных проблем здравоохранения. Пожалуй, наиболее яркий пример – лекарственно-устойчивый туберкулез, с которым медицина до сих пор не может справиться.

ИИ помог найти новый антибиотик, способный убить даже самые устойчивые бактерии

Кажется, использование ИИ для создания лекарств наконец начало приносить свои плоды. Учёные из Массачусетского технологического института заявили, что их нейросеть нашла новый эффективный антибиотик, который назвали халицин (halicin) – в честь компьютера HAL 9000 из «Космической одиссеи 2001». Он может не только убивать многие формы устойчивых бактерий, но и делает это новым способом. 

Там, где многие антибиотики проявляют слабое воздействие в существующих препаратах, халицин уничтожает бактерии, разрушая их способность поддерживать электрохимический градиент, необходимый для производства молекул, сохраняющих их энергию. Бактериям трудно противостоять халицину – кишечная палочка не оказала сопротивления к нему в течение 30 дней, хотя с обычным антибиотиком ципрофлоксацином боролась в течение трёх дней. 

Команда учёных преуспела в разработке алгоритма, который может находить молекулярные структуры с необходимыми свойствами (например, убивать бактерии) более эффективно, чем существующие системы. Нейронная сеть изучала молекулы самостоятельно, отображая их в химических группах, которые помогают предсказать их действие.  Исследователи обучили свой ИИ на 2500 молекулах: 1700 известных лекарственных препаратов и 800 продуктов натурального происхождения. После этого нейросети дали базу из 6000 соединений, которые на текущий момент до конца не изучены, и она отобрала из них около сотни молекул, способных подавлять рост кишечной палочки. Одна молекула (халицин) оказалась очень эффективным антибиотиком. 

Специалисты MIT успешно испытали халицин на мышах против бактерий Acinetobacter baumannii, ставших причиной распространённой инфекции среди американских солдат в Афганистане и Ираке. Учёные уже использовали свой алгоритм для исследования другой базы, состоящей из более 100 млн молекул, и нашли 23 потенциальных антибиотика. В конечном счёте они надеются разработать новое лекарство и улучшить существующие, чтобы повысить их эффективность или уменьшить побочные эффекты.

Источник: Engadget

Антибиотики ускоряют рост бактерий | Наука и жизнь

Пытаясь устоять перед антибиотиком, кишечная палочка начинает размножаться в три раза быстрее.

Мы знаем, что антибиотики действуют против бактерий, однако часто бывает так, что бактерии приспосабливаются к антибиотикам. И тогда биологам и медикам приходится искать новые вещества, которые бы действовали на бактерий. Ища такие вещества, крайне полезно знать, как вообще проявляется лекарственная устойчивость, как развивается и от чего зависит.

Кишечная палочка под электронным микроскопом. (Фото: NIAID / Flickr.com.)

Исследователи из Эксетерского университета экспериментировали с кишечной палочкой и антибиотиком доксициклином из группы тетрациклинов, которые тормозят на биосинтез белка в бактериальных клетках. Кишечная палочка после обработки доксициклином, как и ожидалось, стала устойчивой к антибиотику, но, кроме того, бактерии начинали расти быстрее, и в результате их колонии оказывались в три раза больше, чем колонии бактерий, не отведавших доксициклина. Способность к ускоренному росту сохранялась и после того, как антибиотик убирали из питательной среды.

Адаптации бактерий к окружающей среде, с ее неблагоприятным фактором – самый наглядный пример того, как работает естественный отбор: благодаря тому, что бактерии размножаются с огромной быстротой, в их популяции довольно скоро закрепляются индивидуумы (если так можно сказать об одноклеточных) с подходящими мутациями, позволяющими выжить в новых условиях.

Вот и сейчас авторам работы удалось найти в геноме доксициклин-устойчивых кишечных палочек две зоны, в которых произошли крупные изменения. Во-первых, бактерии обзавелись дополнительными молекулярными насосами, выкачивающими антибиотик из клетки (впрочем, это «ноу-хау» наблюдали много раз и раньше, и у разных видов микроорганизмов).

Во-вторых, из генома кишечных палочек исчезли куски, соответствующие «спящему» вирусу. Многие вирусы могут встраивать себя в ДНК хозяина, да так в ней и оставаться, переходя из поколения в поколение и пребывая в неактивном состоянии. Вирусные гены могут даже в чем-то пригодиться клетке – например, кишечная палочка с их помощью запускает процесс саморазрушения. Зачем ей это нужно?

Дело в том, что когда бактерии растут на твёрдом субстрате, они формируют так называемые биоплёнки, в которых бактериальные клетки погружены в особое межклеточное вещество – матрикс. Биопленка очень прочно держится на поверхности субстрата и очень устойчива к физическим и химическим воздействиям. Молекулы биопленочного матрикса высвобождаются из разрушающихся клеток, так что, саморазрушаясь, бактерии помогают росту колонии.

Но сейчас кишечных палочек выращивали в жидкой среде, где сформировать биопленку было просто невозможно. Зато, избавившись от вирусных генов саморазрушения, бактерии увеличили «рождаемость»: ведь если клетка не погибла, она начнет делиться и увеличит численность колонии – что особенно своевременно, когда вокруг плавает опасный антибиотик.

Полностью результаты исследований опубликованы в Nature Ecology & Evolution. Конечно, у бактерий есть и другие способы приобрести лекарственную устойчивость и приумножить собственную численность, несмотря на терапию. Однако в некоторых случаях (и особенно – в случае патогенных штаммов кишечной палочки) лечение может стать более эффективным, если мы научимся учитывать обе молекулярно-генетические уловки, о которых только что шла речь.

По материалам Phys.org.

Российские ученые предлагают способы снижения скорости распространения антимикробной резистентности

Авторы: Яна Власова, Юлия Мелано

Эксперты газеты «Ветеринария и жизнь» рассказали, какой вклад в развитие антибиотикорезистентности вносит сельское хозяйство и как современная наука может притормозить этот опасный процесс.

Такая профилактика нам не нужна!

Ситуация с антибиотикорезистентностью в сельском хозяйстве стоит очень остро, утверждает Олег Кобяков, директор Отделения Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО) для связей с Российской Федерацией.

«Антибиотик – величайшее изобретение человечества. Но и оно может нанести огромный ущерб. Сегодня проблема развития устойчивости к противомикробным препаратам является одним из основных направлений совместной работы Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), Всемирной организации здравоохранения животных (МЭБ) и ФАО», – говорит эксперт.

По его словам, одна из причин развития устойчивости заключается в избыточном применении лекарственных средств в сельском хозяйстве – прежде всего в животноводстве и аквакультуре. Дело в том, что антибиотики используют не только при лечении болезней, но и для их профилактики. А еще их добавляют в корма в качестве стимуляторов роста.

«Для сдерживания этой порочной практики Комиссия ФАО/ВОЗ по пищевым стандартам «Кодекс Алиментариус» приняла жесткие нормативы предельно допустимых уровней остаточного содержания антибиотиков в пищевой продукции. Мы призываем крупный бизнес и фермеров полностью отказаться от профилактического применения антибиотиковв животноводстве. Подчеркиваю: ФАО и МЭБ допускают использование антибиотиков в сельском хозяйстве только в терапевтических целях», – уточняет Олег Кобяков.

Обратная сторона

Антибиотики – довольно молодая группа лекарственных препаратов: их производство началось в конце XIX века. Дмитрий Макаров – старший научный сотрудник ФГБУ «Всероссийский государственный Центр качества и стандартизации лекарственных средств для животных и кормов» (ФГБУ «ВГНКИ»), подведомственного Россельхознадзору, – напоминает: появление антибиотиков произвело настоящую революцию не только в медицине, но и в ветеринарии. Что касается проблем, то они начали возникать из-за повсеместного применения антибактериальных препаратов при отсутствии четких регламентов. В результате в 70–80-х годах прошлого века были запрещены к использованию в сельском хозяйстве антибиотики с доказанным канцерогенным действием. В данный список попали препараты из группы нитрофуранов и нитроимидазолов, которые увеличивают риск развития опухолей и тяжелого заболевания крови – апластической анемии.

«Для остальных препаратов, в том числе на основе пенициллина и тетрациклина, установлен допустимый уровень остатка препарата в пищевой продукции. Это определенные концентрации, которые не представляют опасности для здоровья человека. Превышение установленной концентрации препарата в продукции может привести к острому отравлению или аллергической реакции. Впрочем, гораздо более серьезным последствием является развитие антибиотикорезистентности», – предупреждает эксперт.

Путь от разработки нового антибиотика до появления его в аптеках обычно растягивается на 7–10 лет. А устойчивость бактерий к нему может развиться за гораздо меньший срок. Неудивительно, что, по данным ВОЗ, процесс разработки новых антибиотиков катастрофически не успевает за ростом устойчивости.

От бактерии к бактерии

Избыточное применение антибиотиков в сельском хозяйстве приводит к появлению бактерий, устойчивых к лекарственным средствам. Но как это происходит? Рассказывает Екатерина Крылова, ведущий научный сотрудник отдела молекулярной биологии ФГБУ «ВГНКИ»: «У бактерий есть мобильные генетические элементы, которые обеспечивают горизонтальный перенос генов. Благодаря им гены резистентности переносятся как внутри бактерии, так и между различными бактериями. Самое интересное, что гены переносятся даже между филогенетически отдаленными микроорганизмами. Например, между грамположительными и грамотрицательными», – рассказывает эксперт. 

На практике это может происходить следующим образом: бактерия – носительница гена резистентности погибла и разрушилась, и ген устойчивости попал в окружающую среду. Другая бактерия, еще не сформировавшая резистентности, «захватывает» кусочек ДНК и получает ген устойчивости. Если такая бактерия попадает в организм человека и вызывает развитие болезни, то использование определенных антибиотиков становится менее эффективным.

Угроза на лапках мухи

По словам Дмитрия Макарова, заражение людей бактериями, устойчивыми к лекарственным средствам, происходит тремя способами.

В первом случае – через прямой контакт с зараженными животными: в группе риска находятся сотрудники сельскохозяйственных предприятий и ветеринарные врачи.

Второй способ – через продукты питания: устойчивая к антибиотикам бактерия может находиться в мясе, при недостаточной термической обработке она становится источником опасности для человека.

Третий путь – через окружающую среду. Эксперт приводит опыт Китая, связанный с применением известного антибиотика колистина. Долгое время его не применяли в медицине из-за высокого токсического воздействия на почки. Но развитие антибиотикорезистентности в стране достигло очень больших масштабов. И китайцы решили достать колистин из резерва, чтобы использовать в тех случаях, когда другие лекарственные средства не помогают. Но внезапно в одной из больниц обнаружили устойчивую к этому антибиотику кишечную палочку. Как это произошло?

«Пока колистин не использовали в медицине Китая, его активно применяли в животноводстве в качестве стимулятора роста. И мухи из находящейся поблизости птицеводческой фермы перенесли кишечную палочку, устойчивую к антибиотику, в больницу прямо на своих лапках. С тех пор в Китае запретили применять данный препарат в качестве кормовой добавки», – рассказывает Дмитрий Макаров. Решение абсолютно оправданное, ведь устойчивость бактерий к колистину сделает лечение многих инфекций более трудной, а в ряде случаев и невозможной задачей.

Корма с добавленным эффектом

 В России ветеринарный мониторинг антибиотикорезистентности проводят специалисты ФГБУ «ВГНКИ». «От различных сельскохозяйственных животных и птицы мы выделяем изоляты кишечной палочки, энтерококка, сальмонеллы, кампилобактерии, листерии и стафилококка. Затем исследуем изоляты на фенотипическую устойчивость и наличие генов резистентности», – рассказывает Дмитрий Макаров. 

Кроме того, специалисты центра контролируют остаточное содержание препаратов, которые попадают в корма и продукцию животноводства. По словам Марии Гергель, заместителя директора, руководителя Испытательного центра ФГБУ «ВГНКИ», чаще всего производители сознательно вводят ветеринарные лекарственные средства в состав корма. «Это особенно актуально, если индивидуальный способ введения препарата, скажем, инъекционным способом невозможен: например, на птицефермах с большим количеством поголовья. Кроме того, возможно непреднамеренное попадание лекарственных средств в корма. В частности, когда на одних и тех же производственных линиях изготавливают как обычные корма, так и корма, которые предназначены для лечения больного поголовья». Дело в том, что процесс очистки линий очень трудоемкий. И если эту работу провести не совсем качественно, то в обычных кормах могут обнаруживаться следовые количества препаратов.

Кроме того, недобросовестные производители используют антибиотики в качестве стимуляторов роста. Мария Гергель вспоминает инцидент, имевший место в Китае пару десятилетий назад: тогда порядка 2 тыс. человек отравились продукцией свиноводства. Расследование показало, что причиной стало применение гормонального препарата, который используют в свиноводстве в качестве стимулятора роста.

Алексей Третьяков, заведующий отделением фармакологических лекарственных средств для животных, безопасности пищевой продукции и кормов ФГБУ «ВГНКИ», сообщает, что чаще всего остаточное содержание антибиотиков обнаруживается в продуктах мясопереработки, в птице и яйце. Раньше к этой группе относили и молочную продукцию, но сегодня она не входит в топ-3. Изменение ситуации связано с интенсификацией деятельности контрольно-надзорных служб, утверждает Алексей Третьяков.

Планы на будущее

Но чего следует ожидать в ближайшей перспективе? «До 1 января 2021 года в России – территории Евразийского экономического союза – действовал технический регламент о применении кормов и кормовых добавок, введенный Казахстаном. Но после того как он утратил свою юридическую силу, в российском законодательстве образовался пробел. Впрочем, сейчас в Госдуме рассматривается законопроект, который предусматривает введение определенных ограничений, в том числе вводит запрет на безрецептурное использование антимикробных препаратов в кормах», – рассказывает Мария Гергель.

По словам Дмитрия Макарова, страны, которые снижают применение антибиотиков в животноводстве, можно пересчитать по пальцам. В первую очередь это Норвегия, Финляндия, Швеция, Дания, Германия, Франция, Великобритания, Нидерланды. Например, в Нидерландах за пять лет на 70% сократили применение антибиотиков в животноводстве. А в Норвегии за 10 лет на 99% сократили применение антибиотиков в аквакультуре. В Дании значимые для медицины антибиотики – цефалоспорины последних поколений, колистин, фторхинолоны – применяют в животноводстве крайне редко, только для лечения. Россия тоже пошла по этому пути: государство планирует ограничить применение антибиотиков в сельском хозяйстве.

Фото: Александр Плонский / «ВиЖ»

Снизить риски антимикробной резистентности – способ № 1

Два года назад ученые ВГНКИ и НИИ антимикробной химиотерапии ФГБОУ ВО «Смоленский государственный медицинский университет»запустили проект, благодаря которому каждый желающий может ознакомиться с результатами мониторинга устойчивости к антибиотикам у различных бактерий, выделенных от животных.

«При исследовании фенотипической и генной устойчивости выделенных от разных видов животных (крупного рогатого скота, свиней, птицы, даже северных оленей) изолятов бактерий мы определили, что кишечная палочка демонстрирует наивысшую устойчивость к антибиотикам в птицеводстве. Это происходит из-за того, что именно в этой отрасли идет активное применение антибиотиков с профилактической целью», – поясняет Дмитрий Макаров.

Данные, полученные в ходе научно-исследовательской работы, выложены в открытом доступе на онлайн-платформе AMRcloud, созданной в НИИ антимикробной химиотерапии.

Подробнее о работе, которая ведется с 2017 года по поручению Россельхознадзора и в рамках реализации Стратегии предупреждения распространения антимикробной резистентности, рассказывает Ольга Иванова, заведующая отделением биотехнологии ФГБУ «ВГНКИ»:«Наши сотрудники выезжают на животноводческие и птицеводческие предприятия, где отбирают образцы от животных и птицы, мясного сырья и продуктов его переработки, а также объектов окружающей среды. В дальнейшем образцы поступают в отдел микробиологии. Выделенные в ходе исследования микроорганизмы идентифицируются и тестируются на предмет чувствительности или устойчивости к различным антимикробным препаратам».

Изоляты, резистентные сразу к нескольким классам антибактериальных средств, передаются в отдел молекулярной биологии ВГНКИ. Сотрудники отдела выделяют ДНК из полученного материала, готовят библиотеку и проводят полногеномное секвенирование. В подавляющем большинстве случаев фенотипическая резистентность подтверждается наличием генов антибиотикорезистентности.

 Нередко специалисты выявляют полирезистентные изоляты микроорганизмов, которые демонстрируют устойчивость к препаратам из трех и более классов антибактериальных средств. По словам Ольги Ивановой, недавно на одной из птицефабрик Новосибирской области были обнаружены бактерии, которые отличались множественной устойчивостью, в том числе к тетрациклинам, ципрофлоксацину и амоксициллину, входящим в группу препаратов так называемой последней надежды, роль которых в медицине чрезвычайно велика.

Работа ведется в рамках метода серийного разведения в бульоне, с определением минимальных подавляющих концентраций антибиотиков: именно он демонстрирует максимальную точность результатов. Если говорить о клинических лабораториях нашей страны, то они практикуют менее точный диско-диффузионный метод, поясняет Ольга Иванова.

Но вернемся к исследованиям, которые проводит ВГНКИ. По их итогам получаем максимально точную информацию о бактериях, обнаруженных на предприятии, а также о степени их чувствительности или устойчивости к антибиотикам. На основании этих данных специалисты предприятий подбирают наиболее эффективные лекарственные средства и оптимальные дозировки. Результат от этого – комплексный: это и повышение эффективности ветеринарных мероприятий в хозяйствах, и снижение риска развития устойчивости бактерий к антибиотикам.

Лечение по принципу «точно в цель» – способ № 2

Еще один перспективный способ борьбы с антибиотикорезистентностью связан с созданием аутогенных вакцин. В их основе лежат бактериальные изоляты, выделяемые на каждом конкретном животноводческом предприятии. Поэтому аутогенные вакцины не универсальны: их используют при иммунизации животных именно тех хозяйств, где был выделен тот или иной патоген. В спектре эффективности таких препаратов – стрептококки, стафилококки, пастереллы, возбудители пневмоний и других заболеваний.

Разработкой аутогенных вакцин в России занимается ФГБУ «Федеральный центр охраны здоровья животных» (ФГБУ «ВНИИЗЖ») Россельхознадзора.

Рассказывает Александр Кононов, начальник отдела биотехнологий и конструирования вирусных и бактериальных препаратов ФГБУ «ВНИИЗЖ»: «При использовании разработанных аутогенных вакцин мы пытаемся минимизировать влияние антибиотиков на отрасль животноводства в целом. При этом эффективность вакцинации возрастет в разы. Она составит не 70–80%, как в случае с универсальными, классическими вакцинами, а будет доходить до 90% и более», – говорит Александр Кононов.

По словам эксперта, аутогенные вакцины будут эффективны и с экономической точки зрения. Обычно при подборе подходящего антибиотика специалисты животноводческих предприятий проводят диагностические мероприятия и титрование бактерий. Затем предприятие закупает соответствующие препараты, тратя на них серьезные средства. Но с появлением аутогенных вакцин хозяйства избавятся от данной статьи расходов.

Александр Кононов сообщает, что в России уже есть положительный опыт использования аутогенных вакцин. Например, ВНИИЗЖ успешно сотрудничает с известным агрохолдингом в Курской области, одним из направлений работы которого является развитие животноводства. И это только начало. «Сейчас нас приглашают и в другие хозяйства, чтобы провести обследование, выделить возбудителей и подготовить препарат на основе тех штаммов, которые циркулируют именно в этом хозяйстве», – поясняет Александр Кононов.

Роскачество подвело окончательные итоги проверки пельменей

Эксперты Роскачества проверили 48 торговых марок пельменей, которые продаются в российских магазинах, и составили рейтинг самых качественных продуктов. В проверенных пельменях не обнаружены ГМО, тяжелые металлы, пестициды и консерванты, не выявлены листерии и сальмонелла. Однако ни одна торговая марка не заслужила российский «Знак качества», сообщается на сайте ведомства.

Наиболее качественные пельмени производят в Москве и Московской области, в Санкт-Петербурге, Калужской, Белгородской, Орловской, Челябинской областях, а также в Мордовии и Башкирии.

По результатам исследования Роскачество составило топ-10 пельменей от производителей:

Среди основных недостатков — следы антибиотиков, выявленные в 16 образцах. Также в 16 случаях зафиксированы отклонения по микробиологическим показателям. В некоторых образцах выявлены бактерии группы кишечной палочки или повышенное содержание бактерий. Эксперты считают, что это может быть связано как с несоблюдением санитарно-гигиенических требований на производстве, так и с нарушением температурного режима при транспортировке, хранении или в магазине.

В составе некоторых пельменей мясо, не заявленное на упаковке. Так, в пельменях «Иркутские», «Каждый день», «Ларнета», «Равиолло», «Сальников» и «Своими руками. Карапузы» обнаружена свинина, хотя в составе она не указана. Также в некоторых образцах присутствует соя. Эксперты Роскачества поясняют, что не заявленные ингредиенты могли попасть в продукт с плохо промытой ленты на производстве.

В ходе исследования не подтвердился главный потребительский миф о пельменях — что в фарш для начинки производители добавляют перемолотые кости. Специалисты оценили массовую долю кальция в мясной начинке, и она оказалась равна нулю или не превысила 0,05%. Только в образце пельменей «Бульмени» были обнаружены хрящи.

Не подтвердился и другой миф — что для экономии в фарш для пельменей добавляют крахмал. Он не был обнаружен ни в одном образце.

Напомним, ранее руководитель Роскачества Максим Протасов рассказал, что ни один производитель пельменей не дотянул до повышенных стандартов качества. Однако после проверки некоторые производители сообщили, что усилили внутренний контроль на производстве или сменили поставщиков.

Швейцарские ученые синтезировали качественно новые антибиотики

К числу грамотрицательных бактерий относятся, в частности, кишечная палочка, сальмонеллы, легионеллы и хламидии. Keystone / Philipp Guelland

Антибиотикорезистентность (от понятий «антибиотик» и «резистентность», то есть «сопротивляемость») является одной из главных проблем современной медицины. ФеноменВнешняя ссылка приобретенной устойчивостиВнешняя ссылка данного штамма возбудителей инфекции к действию одного или нескольких антибактериальных препаратов, снижение чувствительности (устойчивость, невосприимчивость) культуры микроорганизмов к действию антибактериального вещества фактически перечеркивает усилия ученых и фармакологов в плане борьбы с опасными заразными заболеваниями.

Этот контент был опубликован 28 октября 2019 года — 07:00

Русскоязычная редакция SWI Swissinfo и агентство Keystone-SDA, swissinfo.ch

Доступно на 2 других языках

Механизм сопротивляемости бактерий лекарственным препаратам связан с феноменом так называемых грамотрицательных бактерий, то есть таких бактерий, которые обладают более мощной и непроницаемой внешней клеточной стенкой (мембраной). В результате они как раз и становятся более устойчивы к антителам и антибиотикам, чем грамположительные.

Кроме того, из-за этого они не окрашиваются контрастными веществами при использовании окраски микроорганизмов методом, разработанным датским биологом Гансом Кристианом Грамом (Hans Christian Joachim Gram; 1853 —1938). Отсюда и термины «грамотрицательная бактерия» и «грамположительная бактерия». Тест Грама также полезен при классификации бактерий и разделении их на две группы в зависимости от строения их клеточной стенки.

И вот теперь швейцарские исследователи смогли найти новый класс синтетических антибиотиков, которые препятствуют повышению степени непроницаемости бактериальных мембран, делая даже грамотрицательные бактерии чувствительными к воздействию лекарственных препаратов, что станет, если открытие будет подтверждено клиническими испытаниями на людях, огромным шагом вперед в борьбе с антибиотикорезистентностью.

К числу грамотрицательных бактерий относятся, в частности, кишечная палочка (escherichia coli), сальмонеллы (salmonella), легионеллы (legionella) и хламидии (chlamydia trachomatis). Как сообщили на прошлой неделе ученые Цюрихского университета, новый класс открытых ими антибиотиков нашел «общий язык» для коммуникации с элементами, из которых складывается внешняя бактериальная мембрана, в частности, с молекулами класса липидов (фосфолипиды), а также с протеином класса BamA. 

Новый тип антибиотиков


В результате воздействия нового класса препаратов мембраны грамотрицательных бактерий теряют свои свойства — и бактерии отмирают. Новый тип антибиотиков назван аббревиатурой «Ompta» от английского «Outer Membrane Protein Targeting Antibiotics». Соответствующая публикация по итогам исследования была опубликована в журнале NatureВнешняя ссылка. Данный проект был совместным исследованием ученых Университета ЦюрихаВнешняя ссылка, Высшей технической школы Цюриха (ETH Zürich), Центра Биотехнологий (Biozentrum) в Базеле и фармацевтической компании Polyphor со штаб-квартирой в городе Алльшвиль (Allschwil, кантон Базель-сельский).

Как заявила эта компания, одну из новых субстанций (POL7306) уже в следующем году планируется испытать на людях. Для начала новый антибиотик испытают на здоровых пробандах с тем, чтобы оценить, какие негативные побочные явления препарат может вызывать при воздействии на организм человека. И только после этого антибиотик будет тестироваться на реальных пациентах. Если все подтвердится, то это открытие будет огромным шагом в борьбе с антибиотикорезистентностью.

По данным ВОЗ, основную угрозу сейчас представляют собой грамотрицательные бактерии, способные сохранять невосприимчивость при обработке карбапенемами (класс β-лактамных антибиотиков с широким спектром действий) и цефалоспоринами (класс β-лактамных антибиотиков, в основе химической структуры которых лежит 7-аминоцефалоспорановая кислота).

Последний резерв

Такие бактерии сейчас вызывают у людей, например, менингит, заражение крови и очаговые гнойные инфекции. Последним прорывным открытием в этой области стал вывод на рынок еще в 1960-х годах так называемых фторхинолонов (fluoroquinolones) — группы лекарственных веществ, обладающих выраженной противомикробной активностью, широко применяющихся в медицине в качестве антибактериальных лекарственных средств широкого спектра действия.

Новые антибиотики, однако, миру сейчас нужны, как никогда, потому что сопротивляемость колистину, лекарству последнего резерва (антибиотик, продуцируемый некоторыми штаммами бактерии Paenibacillus polymyxa, эффективен пока против большинства грамотрицательных бактерий, хотя токсичен для почек и даже порой нейротоксичен) пока редка, но и она постепенно растёт.

Статья в этом материале

Ключевые слова:

Эта статья была автоматически перенесена со старого сайта на новый. Если вы увидели ошибки или искажения, не сочтите за труд, сообщите по адресу [email protected] Приносим извинения за доставленные неудобства.

В соответствии со стандартами JTI

Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch

Супербактерии побеждают: помогут ли антибиотики отразить эту угрозу человечеству?

Версия для печати

Ситуация пока не критическая, но очень серьезная. Бактерии научились противостоять даже самым сильным и редко применяемым лекарствам.

В прессе все чаще говорят о скором кошмарном будущем, где можно будет погибнуть от безобидного пореза: все лекарства окажутся бессильны против даже самой простой инфекции. Апокалиптические сценарии еще далеки от реальности, но проблема антибиотикорезистентности – устойчивости бактерий к лекарствам – с каждым годом становится все острее.

На фото: Колония бактерии E. Coli (кишечная палочка). Она обычно безвредна, но некоторые ее штаммы вызывают серьезные заболевания и обладают устойчивостью к различным антибиотикам

На прошедшей неделе в Давосе британский министр здравоохранения Мэтт Хэнкок призвал «предотвратить ужасное будущее», в котором люди окажутся беззащитны перед бактериями с множественной лекарственной устойчивостью (их иногда называют «супербактериями» или «супермикробами»).

Представляя свой план борьбы, Хэнкок сравнил масштаб проблемы антибиотикорезистентности с войнами и изменением климата. Похожими формулировками оперирует Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) и специалисты по всему миру.

В издании Настоящее время разобрались для вас в антибиотиках и супербактериях.

Насколько все плохо?

Ситуация пока не критическая, но очень серьезная. Бактерии научились противостоять даже самым сильным и редко применяемым лекарствам («антибиотикам резерва», таким, как колистин), при этом с 1980-х годов принципиально новых антибиотиков ​практически не появлялось. Исследования идут, но они слишком долгие и дорогие – а бактерии вырабатывают неуязвимость против антибиотиков куда быстрее. Дело осложняется и простотой путешествий: супербактерии получают возможность легко распространяться по всему миру.

В тему: «Перебор» с антибиотиками ведет мир к бактериальному апокалипсису

Авторы британского исследования антибиотикорезистентности (2016 год)оценивали, что количество смертей от таких супербактерий в мире может вырасти примерно с 700 тысяч в год до 10 млн ежегодно к 2050 году – это больше, чем число жертв онкозаболеваний (на момент публикации). Потери ВВП при таком сценарии достигнут 100 триллионов долларов.

Пока не существует систем, позволяющих полноценно отслеживать мировую ситуацию с антибиотикорезистентностью в мировом масштабе. Проект ВОЗ под названием GLASS стартовал в 2015 году и по состоянию на конец 2018 года включал в себя лишь 71 страну. В последний отчет (опубликован в январе 2019 года) вошли данные об антибиотикорезистентности всего из 49 стран, при этом их качество пока не позволяет сравнивать между собой ситуацию в различных государствах и регионах.

В тему: Бактерии воюют по принципу «око за око»

В региональных отчетах также не много поводов для оптимизма. Страны Евросоюза за восемь лет (2007-2015) зафиксировали более чем двукратный рост числа погибших от инфекций, вызванных неуязвимыми для антибиотиков микробами, говорится в недавнем исследовании. По количеству потерянных лет здоровой жизни в пересчете на 100 тысяч населения (170) подобные инфекции практически сравнялись с суммарным эффектом ВИЧ, гриппа и туберкулеза (183). Более всего таким инфекциям в ЕС подвержены дети до года и люди старше 65 лет.

Хотя в еще одной свежей публикации крупный госпиталь Марселя показал, что за 15 лет (2001-2016) у них ситуация с резистентностью к антибиотикам не ухудшилась. К тому же, судя по мировой прессе, пока неуязвимые к абсолютно всем антибиотикам инфекции все же не носят массовый характер: громче всего обсуждали отчет двухлетней давности о 70-летней американке, погибшей от неуязвимой для всех антибиотиков бактерии (ее она скорее всего подхватила в Индии, где попала в больницу с переломом).

Какие именно организмы называют супербактериями?

Супербактерии (супермикробы) – это микроорганизмы, обладающие устойчивостью сразу к нескольким антибиотикам. Иногда – ко всем существующим.

В 2017 году ВОЗ опубликовала список из 12 бактерий, для борьбы с которыми срочно нужны новые антибиотики. Критически важны лекарства, способные справиться с устойчивыми к карбапенему энтеробактериями (например, кишечной палочкой E.Coli), синегнойной палочкой (Pseudomonas aeruginosa) и ацинетобактером (Acinetobacter baumannii). Чаще всего именно эти возбудители вызывают так называемые «внутрибольничные инфекции», с которыми врачам особенно сложно бороться из-за множественной устойчивости бактерий и ухудшенного состояния больных.

Также в список ВОЗ попали ванкомицин-резистентные энтерококки (Enterococcus faecium), невосприимчивый к метициллину и ванкомицину золотистый стафилококк (methicillin-resistant staphylococcus aureus, MRSA), цефалоспорин- и фторхинолон-резистентный гонококк, кларитромицин-резистентный хеликобактер и другие бактерии. Они вызывают серьезные болезни: заражение крови, менингит, пневмонию, инфекции мочевыводящих путей и гонорею.

Часто в материалах об антибиотиках фигурируют понятия “грамположительные бактерии” и “грамотрицательные бактерии”. Последние (например, кишечная палочка) обладают двумя клеточными мембранами: с ними сложнее бороться, и эффективных против них антибиотиков в мире меньше.

В тему: Всемирная организация здравоохранения обновила список самых опасных супербактерий в мире

Как действуют антибиотики и появляется резистентность?

Антибиотики или «противомикробные препараты» – особые вещества, останавливающие рост клеток бактерий или уничтожающие их. Для этого существуют несколько механизмов: как правило антибиотики атакуют клеточную стенку, мешают синтезу белка или ДНК бактерий.

Резистентность к антибиотикам обнаружили вскоре после их появления. Первый в мире антибиотик – перевернувший медицину ХХ века пенициллин – Александр Флеминг открыл в 1928 году, но массово применять его начали лишь в 1942-м. Еще до этого, в 1940-м стало известно об устойчивой к пенициллину кишечной палочке.

Бактерии постоянно меняются, чтобы стать невосприимчивыми к действию антибиотиков: «выгодные» мутации передаются бактериями друг другу. Микробы приспосабливаются к антибиотикам даже в огромной концентрации крайне быстро. Посмотрите на видео, как всего за 11 дней кишечная палочка адаптируется к тысячекратной дозе (в центре) антибиотика:

Главными «инкубаторами» супербактерий оказываются больницы: там, где постоянно применяются мощные антибиотики, растут популяции невосприимчивых к ним микробов. Способствует развитию устойчивости бактерий и сельское хозяйство: там антибиотики широко применяют для профилактики болезней и ускорения роста животных.

Смертельна ли встреча с супербактерией?

Для здорового человека с нормальным иммунитетом – нет. Но чаще всего такие микробы встречаются в больницах, куда попадают люди, уже ослабленные той или иной болезнью. Для пациентов (например, находящихся на искусственной вентиляции легких) встреча с супербактериями может запросто стать фатальной.

Сейчас без антибиотиков невозможны сложные хирургические операции, трансплантации и борьба с раком посредством химиотерапии. Последняя обычно значительно подавляет иммунитет: для таких больных даже самая обычная инфекция может стать смертельной, не говоря уже о вызванной супермикробами.

При этом с инфекциями от мультирезистентных бактерий, пока на них действуют хоть какие-то антибиотики, можно жить, пусть даже это и будет сопряжено со страданиями.

Эмили Моррис рассказала, что супербактерию в ее мочевом пузыре обнаружили в подростковом возрасте и с тех пор ей пришлось перепробовать множество антибиотиков, в том числе «препараты резерва», вроде карбапенема.

Во время беременности она была вынуждена принимать антибиотик, не проверявшийся на беременных, ее новорожденному ребенку пришлось сразу пройти курс терапии антибиотиками. «Это было очень страшно», – рассказывала 24-летняя Моррис журналу New Scientist в 2017 году.

32-летняя Кэтрин Уильямс уже более 10 лет постоянно принимает антибиотики из-за болезни мочевыводящих путей, вызванной супербактериями.

«Каждый раз, когда заканчивается курс приема антибиотиков, болезнь возвращается, – говорила она в интервью BBC. – Боль просто приковывает тебя к постели до следующего курса приема антибиотиков. То, что мне придется принимать антибиотики всю жизнь, меня очень пугает».

Что в России и других постсоветских странах?

В России и других постсоветских странах – например, Украине, Казахстане, Беларуси – антибиотики долго продавались без рецепта. Это вело к злоупотреблениям и самолечению, а в итоге – способствовало развитию резистентности у бактерий.

В октябре 2017 года в России приняли «Стратегию предупреждения распространения антимикробной резистентности». Документ, подписанный главой правительства Дмитрием Медведевым, предусматривает два главных этапа:

  • До 2020 года население будут информировать о правильном использовании антибиотиков, работать над лучшим выявлением резистентности и определении базовых показателей, как оценивать ее распространенность.

  • На втором этапе (до 2030 года) планируется снизить число случаев болезней, связанных с супербактериями.

Почему так долго не появляются новые антибиотики?

За последние десятилетия арсенал медиков практически не пополнялся антибиотиками принципиально новых классов. Причин тому несколько.

Разработка таких лекарств – это сложное и затратное занятие, обходящееся в сотни миллионов или миллиарды долларов. Для фармакологических компаний оно не всегда интересно с коммерческой точки зрения: курсы антибиотиков обычно краткосрочны, в отличие от лекарств для хронических заболеваний (антиретровирусная терапия, например, людям с ВИЧ необходима всю жизнь). К тому же из-за быстрого возникновения резистентности растет риск обесценивания инвестиций в разработку новых препаратов.

Тем не менее, в последнее время вошли в обиход мощные антибиотики, полученные на базе старых открытий – в первую очередь, Линезолид (Зивокс). Да и представители существующих классов все время совершенствуются и нередко могут усиливать эффект при совместном использовании.

Что делать?

ВОЗ рекомендует использовать антибиотики только по назначению врача (а врачам – их разумно назначать) и всегда полностью проходить курс лечения, а не останавливать прием антибиотиков сразу после улучшения самочувствия.

Также рекомендуется не хранить, не использовать заново и не передавать другим оставшиеся дозы лекарства.

Важно не пытаться лечить вирусные заболевания антибиотиками, вакцинироваться, укреплять собственный иммунитет и тщательно соблюдать правила гигиены, рекомендует ВОЗ.

В тему: Ученые США разработали антибиотик, способный уничтожить «супербактерии»

Также есть смысл по возможности избегать больниц в регионах, где санитарная ситуация далека от идеальной. В первую очередь – в Азии и Африке. По данным британского отчета, там к 2050 году будет больше всего погибших от инфекций супербактериями.

Если у вас или у близких есть подозрение на такую инфекцию, добейтесь консультации специалиста по инфекционным болезням. Недавнее исследование показало, что это может на 50% снизить смертность от инфекций, вызванных бактериями с множественной лекарственной устойчивостью.

Чего ждать в будущем?

Проблемой невосприимчивости к антибиотикам годами занимаются ученые и специалисты в области охраны общественного здоровья, и поводы для оптимизма есть.

ВОЗ в 2015 году одобрила глобальный план по борьбе с устойчивостью к противомикробным препаратам. Различные страны – в том числе США, Россия и совсем недавно Великобритания – принимают собственные комплексы мер по борьбе с устойчивостью бактерий к антибиотикам. Обычно они включают информирование пациентов и врачей о разумном использовании препаратов, ограничения на применение антибиотиков в сельском хозяйстве и содействие разработкам новых классов антибиотиков.

Несмотря на все сложности, такие разработки уже идут и появляются отдельные многообещающие результаты. Например, теиксобактин – принципиально новый антибиотик, открытый в 2015 году группой ученых из США, Германии и Великобритании.

В тему: Смерть и старость можно отменить?

В конце 2017 года его научились эффективно синтезировать, а в 2018-м действие синтетического теиксобактина успешно проверили на мышах. Но до появления лекарства для людей еще далеко: по оценкам ученых, 6-10 лет.

Оно может и вовсе не появиться: например, многообещающий платенсимицин, представленный в 2006 году, так и не добрался до полноценных клинических тестов из-за его неэффективности при введении стандартными методами. Однако исследования принципов работы платенсимицина позволяют надеяться на появление новых, более эффективных разработок.

В начале 2018 года ученые Рокфеллеровского университета в США представили еще один принципиально новый класс антибиотиков – малацидины, но до появления лекарств на их основе понадобится еще больше времени.

Рассматриваются и другие варианты терапии против супербактерий: целенаправленное усиление иммунитета, антимикробные пептиды, синтетические вещества, позаимствованные у вирусов, добавление особых элементов к уже существующим антибиотикам для повышения эффективности и другие способы. Однако все они пока находятся на разных стадиях готовности и для массового клинического использования не одобрены.

Николай Щетько, опубликовано в издании  Настоящее время


В тему:

Ресурсы для клиницистов и лабораторий | E. coli

Антибиотики не рекомендуются пациентам с подозрением на инфекцию STEC до тех пор, пока не будет проведено полное диагностическое тестирование и не будет исключена инфекция STEC. Некоторые исследования показали, что назначение антибиотиков пациентам с инфекциями STEC может увеличить риск развития ГУС, а польза от лечения не была четко продемонстрирована. Особенности ГУС включают низкое количество тромбоцитов, анемию из-за разрушенных клеток крови и почечную недостаточность.

Многие инфекции STEC, отличные от O157, не диагностируются. Пациенты с более тяжелым заболеванием, как правило, чаще обращаются за медицинской помощью и сдают образцы стула для определения причины заболевания. Не-O157 STEC представляют собой разнообразную группу бактерий, различающихся по вирулентности. Существует два основных типа шига-токсинов: шига-токсин 1 и шига-токсин 2. Штаммы могут нести один шига-токсин или оба одновременно. Штаммы, продуцирующие шига-токсин 2, обычно более вирулентны. Даже среди наиболее вирулентных штаммов STEC многие инфекции остаются недиагностированными.

Руководящие принципы для обеспечения как можно более полного выявления и характеристики инфекций STEC включают следующее:

  • Весь стул, представленный для тестирования от пациентов с острой внебольничной диареей, должен быть культивирован на STEC O157. Этот стул должен быть одновременно проанализирован на STEC, не относящийся к O157, с тестом, который выявляет шига-токсины или гены, кодирующие эти токсины.
  • Клинические лаборатории должны сообщать и отправлять изолятов E. coli O157 и образцы, положительные на шига-токсин, в государственные или местные лаборатории общественного здравоохранения как можно скорее для дополнительной характеристики.
  • Образцы или бульоны для обогащения, в которых обнаружены шига-токсин или STEC, но из которых не удалось выделить STEC O157, следует как можно скорее направить в государственную или местную лабораторию общественного здравоохранения, чтобы можно было выделить STEC, не относящийся к O157.
  • Часто к тому времени, когда у пациента появляется ГУС, возбудитель STEC уже не может быть легко выделен из образца стула. Для любого пациента с ГУС без подтвержденной культурой инфекции STEC стул может быть отправлен в лабораторию общественного здравоохранения или в CDC через их лабораторию общественного здравоохранения для методов иммуномагнитной сепарации (IMS), которые могут повысить чувствительность культуры.Кроме того, с предварительного одобрения сыворотка может быть отправлена ​​через государственную лабораторию общественного здравоохранения в CDC для серологического тестирования на антитела к некоторым серогруппам STEC.

Преимущества соблюдения рекомендованной стратегии тестирования включают раннюю диагностику, улучшение результатов лечения пациентов и обнаружение инфекций, вызванных всеми серотипами STEC.

Обо всех пациентах с шига-токсин-положительной диарейной болезнью или ГУС следует сообщать в отделы здравоохранения.

Произошла ошибка при настройке пользовательского файла cookie

Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности.Если ваш браузер не принимает файлы cookie, вы не можете просматривать этот сайт.


Настройка браузера на прием файлов cookie

Существует множество причин, по которым файл cookie не может быть установлен правильно. Ниже приведены наиболее распространенные причины:

  • В вашем браузере отключены файлы cookie. Вам необходимо сбросить настройки браузера, чтобы принять файлы cookie, или спросить вас, хотите ли вы принимать файлы cookie.
  • Ваш браузер спрашивает, хотите ли вы принимать файлы cookie, и вы отказались.Чтобы принять файлы cookie с этого сайта, используйте кнопку «Назад» и примите файл cookie.
  • Ваш браузер не поддерживает файлы cookie. Попробуйте другой браузер, если вы подозреваете это.
  • Дата на вашем компьютере в прошлом. Если часы вашего компьютера показывают дату до 1 января 1970 г., браузер автоматически забудет файл cookie. Чтобы это исправить, установите правильное время и дату на своем компьютере.
  • Вы установили приложение, которое отслеживает или блокирует установку файлов cookie.Вы должны отключить приложение при входе в систему или проконсультироваться с системным администратором.

Почему этому сайту требуются файлы cookie?

Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности, запоминая, что вы вошли в систему, когда переходите со страницы на страницу. Предоставить доступ без файлов cookie потребует от сайта создания нового сеанса для каждой посещаемой вами страницы, что замедляет работу системы до неприемлемого уровня.


Что сохраняется в файле cookie?

Этот сайт не хранит ничего, кроме автоматически сгенерированного идентификатора сеанса в файле cookie; никакая другая информация не фиксируется.

Как правило, в файле cookie может храниться только та информация, которую вы предоставляете, или выбор, который вы делаете при посещении веб-сайта. Например, сайт не может определить ваше имя электронной почты, если вы не решите ввести его. Разрешение веб-сайту создавать файлы cookie не дает этому или любому другому сайту доступ к остальной части вашего компьютера, и только сайт, создавший файл cookie, может его прочитать.

Риск гемолитико-уремического синдрома после лечения антибиотиками инфекций Escherichia coli O157:H7

  • 1. Белл Б.П., Гриффин П.М., Лозано П., Кристи Д.Л., Кобаяши Дж.М., Тарр П.И. Предикторы гемолитико-уремического синдрома у детей во время крупной вспышки инфекции Escherichia coli O157:H7. Pediatrics 1997;100:127-127http://www.pediatrics.org/cgi/content/full/100/1/e12 резюме.

  • 2. Tarr PI, Neill MA, Clausen CR, Watkins SL, Christie DL, Hickman RO. Escherichia coli O157:H7 и гемолитико-уремический синдром: важность ранних культур в установлении этиологии.J Infect Dis 1990;162:553-556

  • 3. Ostroff SM, Kobayashi JM, Lewis JH. Инфекции Escherichia coli O157:H7 в штате Вашингтон: первый год эпиднадзора за заболеваниями в масштабах штата. JAMA 1989;262:355-359

  • 4. Rowe P, Orrbine E, Lior H, et al. Риск гемолитико-уремического синдрома после спорадической инфекции Escherichia coli O157:H7: результаты канадского совместного исследования. J Pediatr 1998;132:777-782

  • 5. Кармали М.А., Стил Б.Т., Петрик М., Лим С. Спорадические случаи гемолитико-уремического синдрома, связанные с фекальным цитотоксином и цитотоксин-продуцирующей кишечной палочкой в ​​стуле. Lancet 1983;1:619-620

  • 6. Ryan CA, Tauxe RV, Hosek GW, et al. Диарея Escherichia coli O157:H7 в доме престарелых: клинические, эпидемиологические и патологические данные. J Infect Dis 1986;154:631-638

  • 7. Neill MA. Лечение заболеваний, вызванных шига-токсин-продуцирующей кишечной палочкой: лечение инфекционных заболеваний.В: Капер Дж. Б., О’Брайен А. Д., ред. Escherichia coli O157:H7 и другие штаммы E. coli, продуцирующие шига-токсин. Вашингтон, округ Колумбия: ASM Press, 1998: 357–63.

  • 8. Pavia AT, Nichols CR, Green DP, et al. Гемолитико-уремический синдром при вспышке инфекции Escherichia coli O157:H7 в учреждениях для умственно отсталых: клинико-эпидемиологические наблюдения. J Pediatr 1990;116:544-551

  • 9. Slutsker L, Ries AA, Maloney K, Wells JG, Greene KD, Griffin PM.Общенациональное исследование случая-контроль инфекции Escherichia coli O157:H7 в Соединенных Штатах. J Infect Dis 1998;177:962-966

  • 10. Картер А.О., Борчик А.А., Карлсон Я.К., и соавт. Серьезная вспышка геморрагического колита, связанного с Escherichia coli O157:H7, в доме престарелых. N Engl J Med 1987;317:1496-1500

  • 11. Proulx F, Turgeon JP, Delage G, Lafleur L, Chicoine L. Рандомизированное контролируемое исследование антибиотикотерапии энтерита Escherichia coli O157:H7.J Pediatr 1992;121:299-303

  • 12. Igarashi T, Inatomi J, Wake A, Takamizawa M, Katayama H, Iwata T. Неэффективность преддиарейных антибиотиков для предотвращения гемолитико-уремического синдрома при серологически подтвержденном Escherichia coli O157:H7 желудочно-кишечная инфекция. J Pediatr 1999;135:768-769

  • 13. March SB, Ratnam S. Среда Sorbitol-MacConkey для обнаружения Escherichia coli O157:H7, связанной с геморрагическим колитом. J Clin Microbiol 1986;23:869-872

  • 14. Стандарты производительности для тестов на чувствительность дисков к противомикробным препаратам: утвержденный стандарт. 7-е изд. Том. 20. № 1. Уэйн, Пенсильвания: Национальный комитет по клиническим лабораторным стандартам, январь 2000 г. (NCCLS № M2-A7.)

  • 15. Колтон Т. Статистика в медицине. Boston: Little, Brown, 1974.

  • 16. Икеда К., Ида О., Кимото К., Такаториге Т., Наканиши Н., Татара К. Влияние раннего лечения фосфомицином на профилактику гемолитико-уремического синдрома, сопровождающего кишечную палочку O157: Инфекция Н7.Clin Nephrol 1999;52:357-362

  • 17. Fukushima H, Hashizume T, Morita Y, et al. Клинический опыт в городской больнице Сакаи во время массовой вспышки энтерогеморрагической инфекции Escherichia coli O157 в городе Сакаи, 1996 г. Pediatr Int 1999;41:213-217

  • 18. Higami S, Nishimoto K, Kawamura T, Tsuruhara T , Isshiki G, Ookita A. Ретроспективный анализ взаимосвязи между заболеваемостью HUS и антибиотиками среди пациентов с энтероколитом Escherichia coli O157 во время вспышки Сакаи.Kansenshogaku Zasshi 1998;72:266-272

  • 19. Kohsaka T, Tagawa M, Suzuki T, Ito H. Старые и новые проблемы антибиотикотерапии геморрагического энтероколита и гемолитико-уремического синдрома по данным японских эпидемиологических исследований. исследования. Nippon Rinsho 1997;55:706-714

  • 20. Моригути Н., Яги К., Ямамото Т., Йошиока К., Кубо С. Лекарственная чувствительность энтерогеморрагической кишечной палочки и лечение антибиотиками геморрагического энтероколита — от вспышки энтероколита в городе Сакаи.Jpn J Antibiot 1997;50:591-596

  • 21. Oshima T. Прогностические факторы развития гемолитико-уремического синдрома (ГУС) и раннее интенсивное лечение для профилактики ГУС энтерогеморрагической инфекции кишечной палочки. Jpn J Antibiot 1997;50:855-861

  • 22. Shiomi M, Togawa M, Fujita K, Murata R. Эффект раннего перорального приема фторхинолонов при геморрагическом колите, вызванном Escherichia coli O157:H7. Pediatr Int 1999;41:228-232

  • 23. Чисаки Т., Хинотани К., Симидзу Т., Миядзаки К. Начальное лечение при вспышке инфекции E. coli O-157:H7: особенно в отношении терапии в экстренной ситуации. Jpn J Antibiot 1997;50:821-828

  • 24. Yoh M, Aoki T, Akao M, Sakaue Y, Tsubura E, Honda T. Отчет анкеты о энтерогеморрагических случаях кишечной палочки, возникших в районе, включая Сакаи Город в 1996 г. Kansenshogaku Zasshi 1997;71:1144-1154

  • 25. Кавамура Н., Ямадзаки Т., Тамаи Х.Факторы риска развития Escherichia coli O157:H7, связанные с гемолитико-уремическим синдромом. Pediatr Int 1999;41:218-222

  • 26. Чимолаи Н., Басалыга С., Мах Д.Г., Моррисон Б.Дж., Картер Дж.Е. Непрерывная оценка факторов риска развития гемолитико-уремического синдрома, ассоциированного с Escherichia coli 0157:H7. Clin Nephrol 1994;42:85-89

  • 27. Cimolai N, Morrison BJ, Carter JE. Факторы риска развития гастроэнтерит-ассоциированного гемолитико-уремического синдрома со стороны центральной нервной системы.Pediatrics 1992;90:616-621

  • 28. Cimolai N, Carter JE, Morrison BJ, Anderson JD. Факторы риска прогрессирования энтерита Escherichia coli O157:H7 в гемолитико-уремический синдром. J Pediatr 1990;116:589-592[Erratum, J Pediatr 1990;116:1008.]

  • 29. Кармали М.А., Петрик М., Лим С., Флеминг П.С., Арбус Г.С., Лиор Х. Связь между идиопатический гемолитико-уремический синдром и инфицирование веротоксин-продуцирующей кишечной палочкой.J Infect Dis 1985;151:775-782

  • 30. Grif K, Dierich MP, Karch H, Allerberger F. Штамм-специфические различия в количестве шига-токсина, высвобождаемого из энтерогеморрагической кишечной палочки O157 после воздействия субингибиторов концентрации противомикробных препаратов. Eur J Clin Microbiol Infect Dis 1998;17:761-766

  • 31. Kimmitt PT, Harwood CR, Barer MR. Индукция синтеза токсина шига типа 2 в Escherichia coli O157 4-хинолонами.Lancet 1999;353:1588-1589

  • 32. Walterspiel JN, Ashkenazi S, Morrow AL, Cleary TG. Влияние субингибирующих концентраций антибиотиков на внеклеточный шига-подобный токсин I. Infection 1992;20:25-29

  • 33. Karch H, Strockbine NA, O’Brien AD. Рост Escherichia coli в присутствии триметоприм-сульфаметоксазола облегчает обнаружение штаммов, продуцирующих шига-подобный токсин, с помощью колониального блоттинга. FEMS Microbiol Lett 1986; 35:141-145

  • 34. Goodman LJ, Trenholme GM, Kaplan RL, et al. Эмпирическая антимикробная терапия острой диареи, приобретенной в быту, у взрослых городских жителей. Arch Intern Med 1990;150:541-546

  • 35. Wistrom J, Jertborn M, Ekwall E, et al. Эмпирическое лечение острой диареи норфлоксацином: рандомизированное плацебо-контролируемое исследование. Ann Intern Med 1992;117:202-208

  • 36. Dryden MS, Gabb RJ, Wright SK. Эмпирическое лечение тяжелого острого внебольничного гастроэнтерита ципрофлоксацином.Clin Infect Dis 1996;22:1019-1025

  • Коктейль из обычных антибиотиков может бороться с резистентной кишечной палочкой — ScienceDaily

    Группа ученых из Дании пытается продвинуться на шаг вперед в борьбе с устойчивостью к антибиотикам.

    Сегодня многие болезнетворные бактерии приобретают гены резистентности, что делает лечение антибиотиками неэффективным. В частности, один ген, CTX-M-15, кодирующий бета-лактамазу расширенного спектра (ESBL), может привести к резистентности E. coli , вызывающей инфекции мочевыводящих путей.

    Группа исследователей из DTU показала, что коктейль из двух распространенных антибиотиков, мециллинама и цефотаксима, может снова сделать эти специфические полирезистентные E. coli (бета-лактамазы расширенного спектра, БЛРС) чувствительными к лечению.

    Развитие резистентности к мециллинаму или цефотаксиму приводит к одновременной чувствительности к другому препарату — явление, называемое побочной чувствительностью. Исследование было опубликовано в Nature Communications .

    Ген CTX-M-15 широко распространен во всем мире и ограничивает возможности врачей в эффективном лечении инфекций мочевыводящих путей.

    «Мы должны принять меры предосторожности, чтобы избежать резистентности, потому что очень вероятно, что эта мутация произойдет в какой-то момент. При одновременном назначении мециллинама и цефотаксима мутация CTX-M-15 работает как переключатель, и бактерии снова становятся чувствительными к лечению», — говорит первый автор Карола Розенкильд, аспирант Центра биоустойчивости Фонда Ново Нордиск (DTU Biosustain) в Техническом университете Дании (DTU).

    Еще одним преимуществом использования мециллинама и цефотаксима в качестве комбинации лекарственных средств является то, что оба препарата можно вводить перорально — в виде таблеток.Таким образом, врачи могут использовать эти два уже одобренных препарата для лечения инфекций, вызванных мультирезистентными штаммами E. coli (БЛРС).

    По данным ВОЗ, около 50 процентов женщин сообщают о том, что в какой-то момент своей жизни у них были инфекции мочевыводящих путей. Таким образом, это новое открытие может иметь большое значение для лечения этой инфекции. Более того, новые антибиотики довольно редко встречаются на рынке, что заставляет врачей искать новые способы применения существующих препаратов.

    Переключатель работает только с этим конкретным штаммом ESBL E.палочка . Следовательно, крайне важно знать профиль болезнетворных бактерий, чтобы выбрать правильную комбинированную стратегию.

    «Это может позволить секвенировать образцы пациентов в клинике и адаптировать лечение антибиотиками на основе мутационного ландшафта в тесте», — говорит профессор Мортен Соммер из DTU Biosustain.

    В этом новом исследовании исследователи использовали адаптивную лабораторную эволюцию в сочетании со случайным подходом к мутагенезу, чтобы найти E.coli , устойчивых к мециллинаму и цефотаксиму. Используя этот метод, они могли имитировать естественный эволюционный процесс в лаборатории. Команда изучила ген бета-лактамазы CTX-M-15, который по своей природе легко передается и, следовательно, имеет высокий риск распространения между болезнетворными бактериями.

    Результаты показали, что бактерии, ставшие устойчивыми к мециллинаму, теперь стали чувствительными к препарату цефотаксиму. В то же время бактерии, ставшие резистентными к цефотаксиму, стали чувствительными к мециллинаму.

    «Результаты интересны, потому что мы показали, что бактерии просто не могут выжить после обоих препаратов. Кроме того, один и тот же ген с одной мутацией демонстрирует эту функцию переключения. — говорит Карола Розенкильд.

    Таким образом, этот метод проверки концепции позволит другим изучить другие гены устойчивости, чтобы найти новые комбинации лекарств с побочной чувствительностью. Мы надеемся, что это продлит наблюдаемое сегодня быстрое развитие устойчивости к антибиотикам.

    Терапевтические концентрации антибиотиков ингибируют высвобождение шига-токсина энтерогеморрагической кишечной палочкой O104:h5 в результате вспышки в Германии в 2011 г. | BMC Microbiology

    Восприимчивость роста штаммов STEC к некоторым антибиотикам

    in vitro

    Это исследование характеризует ответ на лечение антибиотиками двух изолятов, P5711 и P5765, штаммов STEC серотипа O104:h5 вспышки в Германии в 2011 г. в сравнении к наиболее распространенному эталонному штамму STEC серотипа O157:H7 из Национального справочного центра сальмонелл и других бактериальных патогенов, вызывающих энтерит, Институт Роберта-Коха, и к шигатоксин-негативному штамму E.coli , ATCC 25922.

    Минимальные ингибирующие концентрации (МИК) для двух изолятов O104:h5, P5711 и P5765 антибиотиков ципрофлоксацина, меропенема, фосфомицина, гентамицина, рифампицина и хлорамфеникола были незначительными по сравнению с обычными Штамм STEC O157:H7 или STX-негативный штамм E. coli ATCC 25922 (табл. 1).

    Таблица 1 Минимальные ингибирующие концентрации выбранных антибиотиков для двух изолятов STEC штамма h204:h5, STEC O157:H7 и E.coli ATCC 25922

    Транскрипция гена STX2 в штаммах STEC в ответ на лечение антибиотиками

    Лечение STEC специфическими антибиотиками может быстро вызвать SOS-ответ, запускающий литический цикл бактериофагов, связанный с транскрипцией генов, кодирующих шига-токсины (обзор в [7]). Это может привести к усилению производства и высвобождению шига-токсинов. Эта предполагаемая побочная реакция привела к рекомендации воздержаться от лечения антибиотиками во время недавней эпидемии STEC O104:h5 в Германии.Субингибирующие концентрации антибиотиков, которые, как предполагается, присутствуют на ранней стадии лечения, часто приводят к индукции продукции шига-токсина [3, 4]. Таким образом, мРНК, кодирующая шигатоксин 2, была количественно определена через 2 часа после обработки жидкофазных культур STEC O157: H7 и O104: h5 антибиотиками в разных концентрациях. Ципрофлоксацин при 0,25x MIC и 1x MIC индуцировал транскрипты STX2 примерно в 125 и 30 раз соответственно в контрольном STEC O157:H7 (рис. 1A). Напротив, O104:h5 реагировал на 1x MIC ципрофлоксацина только приблизительно 3-4-кратным увеличением транскриптов STX2.Ципрофлоксацин при 4-кратном уменьшении MIC в обоих изолятах STEC O104:h5 содержал меньше транскриптов STX2, чем в необработанном контроле. Эти данные показывают значительное различие различных штаммов STEC в транскрипционной активности STX2-специфического гена в ответ на дозированные концентрации ципрофлоксацина.

    Рисунок 1

    Индукция транскрипции гена STX2 в штаммах STEC O157:H7 и O104:h5 различными антибиотиками. штамма STEC O157:H7 и O104:h5 инокулировали в L-бульон с плотностью 1×10 8 бактерий/мл.Культуры либо оставляли без антибиотиков, либо сразу же обрабатывали указанными n-кратными МИК указанных антибиотиков и инкубировали при 37°С при энергичном встряхивании. Через 2 часа собирали 200 мкл бактериальных суспензий для получения тотальной РНК и для определения с помощью qRT-PCR количества STX2-специфических транскриптов. Зеленые или красные столбцы выделяют значения после обработки 1-кратным или 4-кратным MIC соответственно. Этот цветовой код используется во всей рукописи. Показаны средние значения и стандартные ошибки трех независимых экспериментов.Статистическая значимость указана звездочками: * для p < 0,05.

    Меропенем при субингибировании и 1xMIC не увеличивал количество STX2-специфических транскриптов в STEC O157:H7 (рис. 1B). Точно так же субингибирующая МИК меропенема не усиливала транскрипты STX2 в STEC O104:h5. При 4x MIC меропенем увеличивал количество STX2-специфических транскриптов только примерно в 2,5 раза в STEC O157:H7. Напротив, оба изолята STEC O104:h5 реагировали немного сильнее, чем O157:H7, на 1x и 4x MIC примерно в 7-9 раз увеличивая количество STX2-специфических транскриптов (рис. 1B).Ни одно из этих повышений не было статистически значимым. Тем не менее, эти данные по сравнению с реакцией на ципрофлоксацин (рис. 1А) позволяют предположить, что необходимо тщательно охарактеризовать специфические для штаммов и антибиотиков реакции STEC.

    В обоих штаммах O157:H7 и O104:h5 фосфомицин при 1x и 4x MIC слегка увеличивал количество STX2-специфичной мРНК вплоть до 2-кратного (рис. 1C).

    Обработка гентамицином приводила к дозозависимому постепенному снижению STX2-специфических транскриптов в культурах штамма STEC O157:H7 и не оказывала последовательного эффекта на штамм O104:h5 (рис. 1D).

    До 0,25x MIC рифампицин дозозависимо увеличивал количество STX2-специфических транскриптов как в STEC O157:H7, так и в O104:h5 (рис. 1E), тогда как 1x и 4x MIC рифампицина снижал содержание STX2-специфичной мРНК ниже уровня необработанных бактерий.

    STEC O157:H7 реагировал на 1x и 4x MIC хлорамфеникола более чем на 50% снижением количества STX2-специфичной мРНК (рис. 1F). В STEC O104:h5 хлорамфеникол не влиял на количество STX2-специфических транскриптов.

    Эти данные показывают, что два независимых изолята, P5711 и P5765, STEC O104:h5 реагируют в течение первых 2 часов лечения специфическими антибиотиками согласованно в отношении индукции транскрипции гена, кодирующего токсин шига STX2. Важно отметить, что STEC O104:h5 и O157:H7 по-разному реагируют на определенные антибиотики. В частности, ципрофлоксацин индуцировал транскрипты STX2 в огромных количествах у штамма O157:H7, но оказывал лишь незначительное влияние на штамм O104:h5.Напротив, меропенем при 1x MIC и 4x MIC вызывал у штамма O104:h5 транскрипцию повышенного количества транскриптов STX2, но не у штамма O157:H7. Другие антибиотики, использованные в этом исследовании, либо не оказывали влияния, либо лишь незначительно влияли на количество STX2-транскриптов в течение первых 2 часов лечения антибиотиками.

    Высвобождение шигатоксина в супернатанты при обработке штаммов STEC антибиотиками

    Антибиотики могут индуцировать высвобождение предварительно сформированного STX2 и/или STX2, вновь синтезированного из индуцированных транскриптов STX2-мРНК.Поэтому как содержание, так и токсинную активность шигатоксинов в супернатантах жидкофазных культур измеряли после культивирования СТЭК в течение 24 ч в присутствии градиентных концентраций антибиотиков. Содержание шигатоксина в супернатантах культур STEC измеряли с помощью коммерчески доступного ИФА, который выявляет оба шигатоксина 1 и 2. Примечательно, что STEC O104:h5 продуцирует только шигатоксин 2 [10], а STEC O157:H7 продуцирует оба шигатоксина. 1 и 2 [11].

    STEC O157:H7 реагировал на более низкие концентрации ципрофлоксацина выраженным высвобождением шига-токсинов.0,064x МИК приводила к 32-кратному повышению титров, а 0,25x МИК и 1x МИК, соответственно, приводили к 512- и 256-кратному повышению титров по сравнению с необработанными контролями. 4-кратная МИК увеличивала титры еще в 32 раза. В культурах STEC O104:h5 ципрофлоксацин при 0,25x MIC и 1x MIC соответственно приводил к 32- и 256-кратному повышению титров шигатоксина по сравнению с необработанными контролями. Обработка ципрофлоксацином с 4-кратной МИК приводила к титру, немного более низкому, чем контрольная группа. Эти данные подтверждают предыдущие сообщения о сильно повышенном высвобождении шигатоксина STEC O157:H7 в ответ на ципрофлоксацин [4].По сравнению со STEC O157:H7, характеристики ответа STEC O104:h5 явно ослаблены, как показано как более низкими титрами STX2 в ответ на субингибирующую МИК, так и полным устранением высвобождения шигатоксина при лечении 4-кратным МИК ципрофлоксацина. Это наблюдение кажется клинически наиболее значимым, поскольку стандартная схема лечения 2×400 мг ципрофлоксацина приводит к концентрации в слизистой оболочке кишечника как минимум в 20 раз больше МПК [12].

    STEC O157:H7 реагировал на меропенем при 1x и 4x MIC с примерно 4-кратным увеличением титров STX (рис. 2B).Напротив, меропенем вплоть до 1x MIC не приводил к последовательному увеличению титров STX2 в культурах STEC O104:h5. Примечательно, что 4x MIC снижала титры STX2 ниже, чем у необработанных контролей. Как и в случае с ципрофлоксацином, стандартное лечение меропенемом (1000 мг в/в) приводит к от 1,3 до 2,6 мг меропенема/кг ткани толстой кишки, что соответствует 30-кратному увеличению МПК [13].

    Рисунок 2

    Количественное определение STX в супернатантах штаммов STEC O157:H7 и O104:h5, обработанных различными антибиотиками. Культуры STEC, описанные на рис. 1, собирали после 24 часов культивирования и получали бесклеточные супернатанты путем центрифугирования и фильтрации.Содержание STX определяли с помощью коммерческого ИФА, специфичного как для STX1, так и для 2, в двукратных серийных разведениях супернатантов. Для каждого антибиотика в верхней части панели показана оптическая плотность STX-специфического сигнала в зависимости от разведения супернатантов. В нижней части каждой панели показаны титры STX, которые были определены на графиках OD, как указано в качестве примера для 1x (зеленые пунктирные линии) и 4x (красные пунктирные линии) MIC ципрофлоксацина. Вкратце, от значения OD неразбавленного образца необработанной культуры была проведена горизонтальная пунктирная линия до пересечения с графиком данной МИК.От этого пересечения была проведена вертикальная линия для определения разведения, при котором значение ОП соответствующего супернатанта равнялось значению ОП необработанного контроля. Обратное этому разведению определяли как STX-титр образца. Показаны средние значения и стандартные ошибки трех независимых экспериментов. Статистическая значимость указана звездочками: * для p < 0,05; ** для p < 0,01.

    Фосфомицин в субингибиторных концентрациях, а также при 4-кратной МИК увеличивал титры STX супернатантов штамма O157:H7 до 4 раз по сравнению с необработанным контролем, в то время как фосфомицин не оказывал существенного влияния на титры STX2 в культурах O104: h5 (рис. 2С).Фосфомицин уже обсуждался как фактор риска, усиливающий клинические симптомы при вспышке STEC O157:H7 среди школьников [9]. Наши данные документально подтверждают повышенные титры шига-токсинов в обработанных фосфомицином культурах STEC O157:H7 и, следовательно, подтверждают вывод о том, что не следует лечить пациентов, инфицированных STEC O157:H7, фосфомицином. Однако фосфомицин не индуцирует высвобождение STX2 из STEC O104:h5, а обработка 4x MIC даже снижает титры STX2. Таким образом, высокие дозы фосфомицина могут быть полезны для лечения инфекций, вызванных STEC O104:h5.

    Гентамицин не усиливал высвобождение шига-токсина ни из STEC O157:H7, ни из O104:h5 (рис. 2D). Рифампицин при постепенном увеличении концентрации в диапазоне от 0,25x до 4x MIC постепенно увеличивал титры STX, высвобождаемые как STEC O157:H7, так и O104:h5, до 64-кратного по сравнению с необработанным контролем (рис. 2E).

    Хлорамфеникол при 1x MIC в культурах STEC O157:H7 увеличивал титры примерно в 4 раза, в то время как 4x MIC снижал титры ниже, чем у необработанных контролей (рис. 2F).Напротив, хлорамфеникол как при 1x, так и при 4x MIC в культурах STEC O104:h5 снижал титры STX2 ниже, чем у необработанных контролей.

    Определение STX2 с помощью ИФА показывает только количество иммунологически определяемого STX2, которое не обязательно эквивалентно интактному и активному токсину. Таким образом, для оценки воздействия антибиотиков высвобождение активного STX2 определяли в супернатантах жидкофазных культур STEC O157:H7 и O104:h5 с помощью классического анализа цитотоксичности на клетках Vero.И STX1, и 2 ингибируют синтез белка в эукариотических клетках и тем самым убивают клетки Vero. Следовательно, следует учитывать, что STEC O104:h5 продуцирует только STX2, тогда как STEC O157:H7 продуцирует как STX1, так и 2. O157:H7 с 0,25x или 1x MIC повышал STX-активность супернатантов более чем в 100 раз (рис. 3A). Обработка STEC O157:H7 ципрофлоксацином с 4-кратной МПК по-прежнему повышала активность STX в супернатантах более чем в 10 раз по сравнению с необработанными контролями.Напротив, обработка STEC O104:h5 0,25x или 1x MIC ципрофлоксацина увеличивала активность STX примерно в 10 или почти 100 раз соответственно по сравнению с необработанными контролями. Важно отметить, что 4-кратная МИК ципрофлоксацина снижала активность шига-токсина в супернатантах STEC O104:h5 до 10 раз по сравнению с необработанными контролями.

    Рисунок 3

    Цитотоксическая активность супернатантов штаммов STEC O157:H7 и O104:h5, обработанных различными антибиотиками. Бесклеточные супернатанты культур STEC, описанные на рис. 2, серийно разбавляли в 10 раз и добавляли к полуконфлюэнтным монослоям клеток Vero в титрационных микропланшетах.После инкубации в течение 24 часов добавляли XTT-меченый реагент и культуры инкубировали еще 24 часа перед измерением жизнеспособности клеток Vero в качестве OD 450 образцов. Цитотоксическую активность супернатантов рассчитывали, как описано в Методах. Для каждого антибиотика цитотоксичность супернатантов нанесена в зависимости от разбавления супернатантов в верхней части панели. На этих графиках влияние антибиотиков на цитотоксичность супернатантов определяли как увеличение цитотоксичности по сравнению с необработанными контролями, как показано, например, для 1x и 4x MIC ципрофлоксацина зелеными пунктирными линиями и красными пунктирными линиями соответственно.В нижней части каждой панели нанесены приращения цитотоксичности для различных МИК соответствующего антибиотика. Показаны средние значения и стандартные ошибки трех независимых экспериментов. Статистическая значимость указана звездочками: * для p < 0,05; ** для p < 0,01.

    Эти данные подтверждают сообщения о том, что ципрофлоксацин может индуцировать накопление активности STX в супернатантах STEC O157:H7 [3, 4], и они показывают аналогичную реакцию STEC O104:h5 на низкие концентрации ципрофлоксацина.Однако доза-реакция этих двух штаммов STEC заметно различается в том смысле, что 4-кратная МИК снижает активность токсина в супернатантах O104:h5 ниже, чем у необработанных контролей, в то время как та же концентрация по-прежнему повышает активность токсина более чем в 10 раз в супернатантах штаммов O104:h5. штамм O157:H7.

    Меропенем при МИК 0,25x и выше повышал активность STX в супернатантах штамма O157:H7 до 10 раз (рис. 3B). Напротив, меропенем в концентрациях до 1x MIC не влиял на активность STX в супернатантах штамма O104:h5, а 4x MIC снижал активность STX.

    Штамм O157:H7 реагировал на фосфомицин в концентрациях 0,25x MIC и выше с примерно 10-кратным увеличением активности STX (рис. 3C). Напротив, фосфомицин ни при каких концентрациях существенно не изменял активность STX в супернатантах культур STEC O104:h5. Гентамицин не влиял на активность STX в супернатантах штаммов STEC O157:H7 или O104:h5 при любой концентрации (рис. 3D). Рифампицин при МИК от 0,25x до 4x повышал активность STX в супернатантах как STEC O157:H7, так и O104:h5 до 10 раз (рис. 3E).Хлорамфеникол при 1x и 4x MIC снижал активность STX в супернатантах обоих штаммов O157:H7 и O104:h5 до 10 раз (рис. 3F).

    В совокупности титры STX, определенные с помощью ИФА, и активность STX, измеренные с помощью анализа цитотоксичности клеток Vero, совпадают. Они показывают, что меропенем и фосфомицин в любой концентрации не индуцируют высвобождение STX из STEC O104:h5 и что 4-кратная МИК обоих антибиотиков даже снижает активность STX по сравнению с необработанными контролями.В совокупности наши данные демонстрируют, что действие данного антибиотика на высвобождение STX из вновь появляющегося штамма STEC не следует выводить из воздействия на O157:H7 или любой другой неродственный штамм STEC. В частности, ципрофлоксацин, меропенем и фосфомицин следует рассматривать для лечения инфекций, вызванных штаммом O104:h5.

    Диагностика и лечение неосложненных инфекций мочевыводящих путей

    1. Национальные институты здравоохранения. Национальный информационный центр по почечным и урологическим заболеваниям (NKUDIC).Доступ онлайн 4 мая 2005 г. по адресу: http://kidney.niddk.nih.gov…

    2. Николь Л.Е. Инфекции мочевыводящих путей: традиционная фармакологическая терапия. Дис пн . 2003;49:111–28.

    3. Фаро С, Феннер ДЭ. Инфекции мочевыводящих путей. Клин Акушерство Гинекол . 1998;41:744–54.

    4. Перфетто ЭМ, Гондек К. Устойчивость к Escherichia coli при неосложненной инфекции мочевыводящих путей: модель для определения того, когда следует изменить выбор эмпирического антибиотика первой линии. Интерфейс управления уходом . 2002; 15:35–42.

    5. Хутон ТМ, Штамм В.Е. Диагностика и лечение неосложненной инфекции мочевыводящих путей. Заразить Dis Clin North Am . 1997; 11: 551–81.

    6. Вости КЛ. Инфекции мочевыводящих путей у женщин: проспективное продольное исследование 235 женщин, наблюдавшихся в течение 1–19 лет. Медицина (Балтимор) . 2002; 81: 369–87.

    7. Стюарт М.Е., Макуиба Дж, Хайдрих Ф, Фаррелл Р.Г., Брэддик М, Этчисон С.Успешное внедрение доказательного руководства по клинической практике: острая дизурия/ургентные позывы у взрослых женщин. Практика HMO . 1997; 11: 150–7.

    8. Оренштейн Р., Вонг Э.С. Инфекции мочевыводящих путей у взрослых. Семейный врач . 1999;59:1225–341237.

    9. Святой С, , Скоулз Д, Фин С.Д., Фаррелл Р.Г., Штамм В.Е. Эффективность клинического руководства по лечению предполагаемой неосложненной инфекции мочевыводящих путей у женщин. Am J Med . 1999; 106: 636–41.

    10. Барри Х.К., Хикнер Дж, Эбелл М.Х., Эттенхофер Т. Рандомизированное контролируемое исследование лечения по телефону женщин с подозрением на инфекцию мочевыводящих путей. J Fam Pract . 2001; 50: 589–94.

    11. Маккарти Дж. М., Ричард Г, Гек В, Такер Р.М., Тосиелло Р.Л., Шан М, и другие., для группы инфекций мочевыводящих путей ципрофлоксацина.Рандомизированное исследование короткого курса ципрофлоксацина, офлоксацина или триметоприма/сульфаметоксазола для лечения острой инфекции мочевыводящих путей у женщин. Am J Med . 1999; 106: 292–9.

    12. Иравани А., Климберг И, Брифер С, Мунера С, Ковальский С.Ф., Эколс РМ. Исследование, сравнивающее низкие дозы короткого курса ципрофлоксацина и стандартную 7-дневную терапию котримоксазолом или нитрофурантоином при лечении неосложненной инфекции мочевыводящих путей. J Antimicrob Chemother . 1999; 43 (прил. А): S67–75.

    13. Генри Д.С. младший, Беттис РБ, Риффер Э, Хаверсток, округ Колумбия, Ковальский С.Ф., Мэннинг К., и другие. Сравнение ципрофлоксацина с пролонгированным высвобождением один раз в день и обычного ципрофлоксацина два раза в день для лечения неосложненной инфекции мочевыводящих путей у женщин. Клин Тер . 2002; 24:2088–104.

    14. Карловский Ю.А., Торнсберри С, Джонс М.Е., Сам ДФ.Чувствительность резистентных к противомикробным препаратам изолятов Escherichia coli в моче к фторхинолонам и нитрофурантоину. Клин Infect Dis . 2003; 36: 183–187.

    15. Сам Д.Ф., Торнсберри С, Мэйфилд, округ Колумбия, Джонс М.Е., Карловский Я.А. Изоляты Escherichia coli из мочевыводящих путей с множественной лекарственной устойчивостью: распространенность и демографические данные пациентов в США в 2000 г. Противомикробные агенты Chemother . 2001;45:1402–6.

    16.Зайферт Р., Вайнштейн Д.М., Ли-Маклауд Дж. Распространенность резистентности кишечной палочки к триметоприму-сульфаметоксазолу в стране: последствия управляемой помощи при лечении инфекций мочевыводящих путей. J Manag Care Pharm 2001; 7:132. Доступ онлайн 4 мая 2005 г. по адресу: http://www.amcp.org/data/jmcp/jmcp_2001_7_2.pdf.

    17. Набер КГ. Варианты лечения острого неосложненного цистита у взрослых. J Antimicrob Chemother . 2000; 46 (прил. 1): S23–7.

    18. Иравани А, Тайс АД, Маккарти Дж, Сайкс ДХ, Нолен Т, Галлис Х.А., и другие., для Исследовательской группы по инфекциям мочевыводящих путей. Короткий курс лечения острой неосложненной инфекции мочевыводящих путей у женщин ципрофлоксацином. Минимальная эффективная доза [опубликованное исправление содержится в Arch Intern Med 1995; 155:871]. Медицинский стажер Arch . 1995; 155: 485–94.

    19. Ричард Г.А., Мэтью КП, Кирстейн Дж. М., Сад Д, Ян Джи. Терапия однократной дозой фторхинолона острой неосложненной инфекции мочевыводящих путей у женщин: результаты рандомизированного двойного слепого многоцентрового исследования, сравнивающего однократную и трехдневную схемы приема фторхинолонов. Урология . 2002; 59: 334–39.

    20. Штейн Г.Э. Сравнение однократной дозы фосфомицина и 7-дневного курса нитрофурантоина у пациенток с неосложненной инфекцией мочевыводящих путей. Клин Тер . 1999; 21:1864–72.

    21. Фосфомицин при инфекциях мочевыводящих путей. Med Lett Drugs Ther . 1997; 39: 66–8.

    22. Джепсон Р.Г., Михалевич Л, Крейг Дж. Клюква для лечения инфекций мочевыводящих путей. Кокрановская база данных Syst Rev . 2000;(2):CD001322.

    23. Гомолин И.Х., Сиами ПФ, Реунинг-Шерер Дж., Хаверсток, округ Колумбия, Хейд А, для Исследовательской группы по пероральной суспензии.. Эффективность и безопасность пероральной суспензии ципрофлоксацина по сравнению с пероральной суспензией триметоприм-сульфаметоксазол для лечения пожилых женщин с острой инфекцией мочевыводящих путей. J Am Geriatr Soc . 2001; 49:1606–13.

    24. Уоррен Дж.В., Абрутин Е, Хебель Дж. Р., Джонсон Дж.Р., Шеффер А.Дж., Штамм В.Е.Американское общество инфекционистов (IDSA). Рекомендации по антимикробной терапии неосложненного острого бактериального цистита и острого пиелонефрита у женщин. Клин Infect Dis . 1999; 29: 745–58.

    25. Люттерс М, Фогт Н. Продолжительность антибиотикотерапии для лечения неосложненных симптоматических инфекций нижних мочевыводящих путей у пожилых женщин. Кокрановская база данных Syst Rev . 2002; (3): CD001535.

    CDC предостерегает от антибиотиков против E.coli

    В связи с последовательными вспышками потенциально смертельного штамма кишечной палочки — один из которых был обнаружен в калифорнийском шпинате в сентябре, а теперь другой связан с продуктами, продаваемыми Taco Bell, — некоторые эксперты вновь предостерегают от лечения симптомов антибиотиками. .

    В течение как минимум пяти лет федеральные центры по контролю и профилактике заболеваний, Американская медицинская ассоциация. и другие медицинские группы советуют не использовать антибиотики из-за доказательств того, что они могут ухудшить состояние пациентов.

    Но некоторые врачи по-прежнему назначают антибиотики, потому что не знают об этом совете, неправильно диагностируют все еще редкую кишечную палочку O157:H7 или не находят убедительной взаимосвязь между антибиотиками и повышенным медицинским риском.

    Исследования существуют, «но я не знаю, насколько они известны», — сказал д-р Дэвид Ачесон, главный врач центра безопасности пищевых продуктов Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов и один из нескольких экспертов, предостерегающих от использования антибиотиков при лечении штамм кишечной палочки.

    Исследование 2000 года показало, что дети, инфицированные E.coli O157:H7 и принимавших антибиотики, у них чаще развивалось опасное для жизни осложнение, называемое гемолитико-уремическим синдромом, чем у детей, не принимавших антибиотики. Синдром является основной причиной почечной недостаточности у детей.

    Неясно, способствовали ли антибиотики серьезности вспышек, связанных со шпинатом и Taco Bell. Пара из округа Риверсайд считает, однако, что наркотики поставили под угрозу жизнь их 7-летнего сына, чья инфекция E. coli O157:H7 может быть связана с непастеризованным молоком из молочной фермы Фресно.

    Когда Тони и Мэри Мартин срочно доставили своего сына Сэма в больницу в Риверсайде в сентябре, первый врач, которого они посетили, заподозрил кишечную палочку и предостерег от использования антибиотиков для лечения сильных спазмов в животе и кровавого поноса у мальчика.

    За пять дней, которые потребовались, чтобы получить лабораторные анализы образца кала Сэма, мальчик сменил больницу и врача, и ему дали антибиотики Флагил и Клафоран.

    Через несколько часов, сказал Тони Мартин, почки Сэма отказали. Два месяца он провел в больнице.

    «Этого можно было бы избежать с помощью трехцентовой повязки на запястье с надписью «Никаких антибиотиков», — сказал Тони Мартин.

    Калифорния и девять других штатов принимают участие в исследовании Центра по контролю и профилактике заболеваний (CDC), чтобы помочь решить вопрос об антибиотиках. Предварительные результаты ожидаются к лету 2007 года.

    «Никто точно не знает, являются ли антибиотики фактором риска», — сказала доктор Линда Демма, эпидемиолог CDC. «Разные врачи будут делать разные вещи, так как литература пока неубедительна.Мы надеемся доказать это так или иначе».

    Ученые, изучившие ссылку, не ждут дальнейших подтверждений, чтобы проповедовать сдержанность.

    «Это похоже на аспирин и синдром Рейеса», — сказал доктор Филлип Тарр, профессор детской гастроэнтерологии Вашингтонского университета в Сент-Луисе и автор исследования 2000 года. «Никто никогда не проводил контрольного исследования, которое доказало бы, что аспирин вызывает синдром Рейеса. Но никто из нас не даст аспирин от ветряной оспы».

    Пациенты с подозрением на инфекцию E.coli следует госпитализировать и дать внутривенную гидратацию, сказал он.

    CDC не рекомендует давать антибиотики при диарее в целом, потому что это способствует устойчивости к антибиотикам и потому что большинство людей выздоравливают без лечения. Однако некоторые врачи назначают антибиотики против менее опасных бактерий шигеллы, потому что антибиотики уменьшают количество бактерий, выделяемых со стулом, и позволяют детям вернуться в детский сад с меньшей вероятностью заражения других.

    E. coli O157:H7 — опасная микрофлора, если не считать того, что на нее действуют антибиотики.Как и токсин рицин, вызывающий аналогичные симптомы при попадании в организм, E. coli O157:H7 входит в национальный список веществ, которые могут быть использованы при биотеррористических атаках.

    Это один из сотен штаммов кишечной палочки, обычно относительно безвредной бактерии, обнаруживаемой в кишечных трактах крупного рогатого скота и других животных. Более мощный штамм впервые привлек внимание в 1982 году, когда 47 человек заболели после употребления недоваренных гамбургеров из фаст-фуда.

    Что отличает эту версию от более безопасных версий, так это ее способность производить потенциально смертельные токсины.Теория гласит, что когда антибиотики атакуют бактерию, токсины начинают размножаться и проникают в организм.

    «Когда я работал в академических кругах, — сказал Ачесон из FDA, — частью моей мантры было говорить об опасностях использования антибиотиков».

    Не всем, кто принимает антибиотики, становится хуже. А у некоторых развивается гемолитико-уремический синдром без приема антибиотиков. Ученые CDC считают, что необычно высокая доля людей во время вспышки шпината, которые были госпитализированы или у которых развился синдром, вероятно, была результатом особенно смертельного подтипа E.палочка O157:H7. Они также считают, что шпинат мог быть особенно сильно заражен кишечной палочкой.

    Две пожилые женщины и двухлетний ребенок погибли в результате вспышки шпината в сентябре прошлого года, от которой заболело более 200 человек в 26 штатах.

    По состоянию на воскресенье, CDC сообщил, что в пяти штатах зарегистрирован 61 человек с заболеванием, связанным со вспышкой Taco Bell, которая может быть связана с зеленым луком, выращенным в Калифорнии.

    Мартины считают, что Сэм заразился штаммом E.coli из сырого молока. Чиновники здравоохранения штата, расследовавшие в сентябре четыре других случая заражения кишечной палочкой, обнаружили, что единственное, что было общего у больных детей, это то, что они пили сырое молоко от компании Organic Pastures Dairy Co. Их расследование продолжается.

    Подштамм O157:H7, обнаруженный в образцах детского стула, отличался от подштамма шпината.

    Из пяти детей, которые выпили сырое молоко и заболели, трое выздоровели довольно быстро, не лечились антибиотиками.

    Leave a Reply

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.

    2022 © Все права защищены.