Стериотип или стереотип: Стереотип — это… Что такое Стереотип?

Содержание

Стереотип — это… Что такое Стереотип?

Проверить информацию.

Необходимо проверить точность фактов и достоверность сведений, изложенных в этой статье.
На странице обсуждения должны быть пояснения.

Стереоти́п (от др.-греч. στερεός — твёрдый, объёмный[1] + τύπος — отпечаток) изначально — метафора относительно мышления, пришедшая из типографского дела, где стереотип — монолитная печатная форма, копия с типографского набора или клише, используемая для печатных машин. В современной социальной теории и психологии существуют различные определения понятия стереотип, в зависимости от методологического направления научной школы.

В общем случае, стереотип — устоявшееся отношение к происходящим событиям, действиям, поступкам и т.д.

Западная традиция (У. Липпман)

Обнаружили в стереотипах, а само понятие прочно вошло в обыденный язык[2].

Экономия усилий

Область построения стереотипов простирается от бредовых фантазий до осознанного использования учёными округлённых результатов вычислений.

Вся человеческая культура — это, главным образом (в интерпретации Липпмана, разумеется) отбор, реорганизация, отслеживание разных моделей среды. То есть формирование стереотипов — это экономия собственных усилий, так как попытка увидеть все вещи заново и в подробностях, а не как типы и обобщения, утомительна, а для занятого человека практически обречена на провал. Дополнительно следует отметить случаи отказа от типизаций: в близком кругу нет способа подменить чем-либо индивидуализированное понимание или как-то сэкономить на нём. Те, кого мы любим и кем восхищаемся, в большинстве своем — это мужчины и женщины, знают скорее нас самих, а не классификацию, под которую нас можно подвести.

Разметка мира

Помимо экономии усилий, стереотипы, видимо, выполняют и ещё одну функцию: системы стереотипов могут служить ядром нашей личной традиции, способом защиты нашего положения в обществе. Они представляют собой упорядоченную, более или менее непротиворечивую картину мира. В ней удобно разместились наши привычки, вкусы, способности, удовольствия и надежды. Стереотипная картина мира может быть неполной, но это картина возможного мира, к которому мы приспособились. В этом мире люди и предметы занимают предназначенные им места и действуют ожидаемым образом. Мы чувствуем себя в этом мире как дома, мы составная часть его.

Поэтому неудивительно, что любое изменение стереотипов воспринимается как атака на основы мироздания. Это атака на основания нашего мира, и когда речь идет о серьёзных вещах, то нам на самом деле не так просто допустить, что существует какое-то различие между нашим личным миром и миром вообще.

Система стереотипов — не просто способ замены пышного разнообразия и беспорядочной реальности на упорядоченное представление о ней, только сокращенный и упрощенный путь восприятия. Стереотипы служат гарантией нашего самоуважения; проецируют во внешний мир осознание наших ценностей; защищают наше положение в обществе и наши права, а следовательно, стереотипы наполнены чувствами, предпочтениями, приязнью или неприязнью, ассоциируются со страхами, желаниями, влечениями, гордостью, надеждой.

Объект, который активизирует стереотип, оценивается в связи с соответствующими эмоциями.

Стереотипы и предрассудки

В этом разделе не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 19 мая 2011.

В повседневной жизни именно предшествующее получению соответствующих данных (априорное) суждение содержит в себе вывод, который эти данные чаще всего и подтверждают. Справедливость, прощение, истина не входят в это суждение, ибо оно предшествует получению фактических данных. Предрассудок, конечно, может быть выявлен, учтен и доработан. Но так как срок жизни человека ограничен, тот должен за отпущенное ему время получить все сведения, необходимые для освоения обширной цивилизации, поэтому ему не обойтись без предрассудков.

В обыденном сознании и в средствах массовой коммуникации о стереотипах весьма распространено мнение как о исключительно отрицательном феномене. Во многом это связано с тем, что в мировой науке чаще всего изучались негативные стереотипы, например, подвергавшихся дискриминации этнических меньшинств. Однако стереотип бывает как отрицательным, так и положительным[3], поэтому необходимо разграничивать стереотип и предрассудки, которые бывают только негативными (в книге Гадамера Г. Г. «Истина и метод» удачно осуществлена апология предрассудков и показано, что предрассудки бывают и позитивными).

Динамика стереотипов

Стереотип начинает действовать ещё до того, как включается разум. Это накладывает специфический отпечаток на данные, которые воспринимаются нашими органами чувств ещё до того, как эти данные достигают рассудка. Ничто так не сопротивляется образованию или критике, как стереотип, так как он накладывает свой отпечаток на фактические данные в момент их восприятия.

В определённой степени внешние стимулы, особенно сказанные или напечатанные, активизируют некоторую часть системы стереотипов, так что непосредственное впечатление и ранее сложившееся мнение появляются в сознании одновременно.

В случаях когда опыт вступает в противоречие со стереотипом, возможен двоякий исход: если индивид уже утратил определённую гибкость или ему в силу какой-то значительной заинтересованности крайне неудобно менять свои стереотипы, он может проигнорировать это противоречие и счесть его исключением, подтверждающим правило, или найти какую-то ошибку, а затем забыть об этом событии. Но если он не утратил любопытства или способности думать, то новшество интегрируется в уже существующую картину мира и изменяет её.

Половые стереотипы

Половые стереотипы — это социально разделяемые представления о личностных качествах и поведенческих моделях мужчин и женщин, а также о половой специфике социальных ролей.

Советская традиция

Схема стереотипа

В 1920—1930-е годы физиологическая школа И.

 П. Павлова активно занималась изучением феномена, названного Павловым «динамической стереотипией». В основу представления русской физиологической школы о стереотипе легла способность мозга фиксировать однотипные изменения среды и соответственно реагировать на эти изменения.

Определение динамического стереотипа (по И. П. Павлову) — слаженная уравновешенная система внутренних процессов больших полушарий, соответствующая внешней системе условных раздражителей. Отметим, что определение академика Павлова содержательно соответствует определению системности Э. А. Асратяна. Возможно привести и другое определение, где стереотип это цепь нервных следов от прежних раздражителей, срабатывающих, в отличие от условных и безусловных рефлексов, в отсутствие внешнего стимула

[4].

Осознание необходимости концептуализации стереотипа пришло в ходе экспериментов по выработке условных рефлексов на чередующиеся через одинаковые паузы положительные и отрицательные звуковые и кожные раздражители. Выявленный эффект заключался в том, что после укрепления такой деятельности новые рефлексы вырабатывались очень быстро, а в ряде случаев возникали с первого же применения новых раздражителей, при этом воспроизводился ранее сформированный ритм возбуждения и торможения, соответствующий порядку применения положительных и отрицательных сигналов.

На изменение внешнего стереотипа мозг реагирует рядом характерных перестроек, которые отражаются в отдельных звеньях системы, во всей системе или, наконец, всей высшей нервной деятельности. Внешние изменения могут привести как к улучшению, так и к ухудшению протекания высших функций вплоть до развития глубокого невроза. Павлов обратил внимание, что «процессы установки стереотипа и нарушений его и есть субъективно разнообразные положительные и отрицательные чувства».

Содержательно связь между «динамической стереотипией» Павлова и стереотипами Липпмана представляется достаточно прозрачной (для обоих важно что стереотип это слепок окружающей реальности, позволяющий адаптироваться к многообразию), хотя различие подходов к изучению понятно: Липпман акцентирует внимание на социальности стереотипов и того, какое значение они играют в функционировании общества и общностей, а Павлов — на физиологии нервной деятельности.

Примечания

Литература

См. также

Стереотип — это… Что такое Стереотип?

Проверить информацию.

Необходимо проверить точность фактов и достоверность сведений, изложенных в этой статье.
На странице обсуждения должны быть пояснения.

Стереоти́п (от др.-греч. στερεός — твёрдый, объёмный[1] + τύπος — отпечаток) изначально — метафора относительно мышления, пришедшая из типографского дела, где

стереотип — монолитная печатная форма, копия с типографского набора или клише, используемая для печатных машин. В современной социальной теории и психологии существуют различные определения понятия стереотип, в зависимости от методологического направления научной школы.

В общем случае, стереотип — устоявшееся отношение к происходящим событиям, действиям, поступкам и т.д.

Западная традиция (У. Липпман)

Обнаружили в стереотипах, а само понятие прочно вошло в обыденный язык[2].

Экономия усилий

Область построения стереотипов простирается от бредовых фантазий до осознанного использования учёными округлённых результатов вычислений. Вся человеческая культура — это, главным образом (в интерпретации Липпмана, разумеется) отбор, реорганизация, отслеживание разных моделей среды. То есть формирование стереотипов — это экономия собственных усилий, так как попытка увидеть все вещи заново и в подробностях, а не как типы и обобщения, утомительна, а для занятого человека практически обречена на провал. Дополнительно следует отметить случаи отказа от типизаций: в близком кругу нет способа подменить чем-либо индивидуализированное понимание или как-то сэкономить на нём. Те, кого мы любим и кем восхищаемся, в большинстве своем — это мужчины и женщины, знают скорее нас самих, а не классификацию, под которую нас можно подвести.

Разметка мира

Помимо экономии усилий, стереотипы, видимо, выполняют и ещё одну функцию: системы стереотипов могут служить ядром нашей личной традиции, способом защиты нашего положения в обществе. Они представляют собой упорядоченную, более или менее непротиворечивую картину мира. В ней удобно разместились наши привычки, вкусы, способности, удовольствия и надежды. Стереотипная картина мира может быть неполной, но это картина возможного мира, к которому мы приспособились. В этом мире люди и предметы занимают предназначенные им места и действуют ожидаемым образом. Мы чувствуем себя в этом мире как дома, мы составная часть его.

Поэтому неудивительно, что любое изменение стереотипов воспринимается как атака на основы мироздания. Это атака на основания нашего мира, и когда речь идет о серьёзных вещах, то нам на самом деле не так просто допустить, что существует какое-то различие между нашим личным миром и миром вообще.

Система стереотипов — не просто способ замены пышного разнообразия и беспорядочной реальности на упорядоченное представление о ней, только сокращенный и упрощенный путь восприятия. Стереотипы служат гарантией нашего самоуважения; проецируют во внешний мир осознание наших ценностей; защищают наше положение в обществе и наши права, а следовательно, стереотипы наполнены чувствами, предпочтениями, приязнью или неприязнью, ассоциируются со страхами, желаниями, влечениями, гордостью, надеждой. Объект, который активизирует стереотип, оценивается в связи с соответствующими эмоциями.

Стереотипы и предрассудки

В этом разделе не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 19 мая 2011.

В повседневной жизни именно предшествующее получению соответствующих данных (априорное) суждение содержит в себе вывод, который эти данные чаще всего и подтверждают. Справедливость, прощение, истина не входят в это суждение, ибо оно предшествует получению фактических данных. Предрассудок, конечно, может быть выявлен, учтен и доработан. Но так как срок жизни человека ограничен, тот должен за отпущенное ему время получить все сведения, необходимые для освоения обширной цивилизации, поэтому ему не обойтись без предрассудков.

В обыденном сознании и в средствах массовой коммуникации о стереотипах весьма распространено мнение как о исключительно отрицательном феномене. Во многом это связано с тем, что в мировой науке чаще всего изучались негативные стереотипы, например, подвергавшихся дискриминации этнических меньшинств. Однако стереотип бывает как отрицательным, так и положительным[3], поэтому необходимо разграничивать стереотип и предрассудки, которые бывают только негативными (в книге Гадамера Г. Г. «Истина и метод» удачно осуществлена апология предрассудков и показано, что предрассудки бывают и позитивными).

Динамика стереотипов

Стереотип начинает действовать ещё до того, как включается разум. Это накладывает специфический отпечаток на данные, которые воспринимаются нашими органами чувств ещё до того, как эти данные достигают рассудка. Ничто так не сопротивляется образованию или критике, как стереотип, так как он накладывает свой отпечаток на фактические данные в момент их восприятия.

В определённой степени внешние стимулы, особенно сказанные или напечатанные, активизируют некоторую часть системы стереотипов, так что непосредственное впечатление и ранее сложившееся мнение появляются в сознании одновременно.

В случаях когда опыт вступает в противоречие со стереотипом, возможен двоякий исход: если индивид уже утратил определённую гибкость или ему в силу какой-то значительной заинтересованности крайне неудобно менять свои стереотипы, он может проигнорировать это противоречие и счесть его исключением, подтверждающим правило, или найти какую-то ошибку, а затем забыть об этом событии. Но если он не утратил любопытства или способности думать, то новшество интегрируется в уже существующую картину мира и изменяет её.

Половые стереотипы

Половые стереотипы — это социально разделяемые представления о личностных качествах и поведенческих моделях мужчин и женщин, а также о половой специфике социальных ролей.

Советская традиция

Схема стереотипа

В 1920—1930-е годы физиологическая школа И.  П. Павлова активно занималась изучением феномена, названного Павловым «динамической стереотипией». В основу представления русской физиологической школы о стереотипе легла способность мозга фиксировать однотипные изменения среды и соответственно реагировать на эти изменения.

Определение динамического стереотипа (по И. П. Павлову) — слаженная уравновешенная система внутренних процессов больших полушарий, соответствующая внешней системе условных раздражителей. Отметим, что определение академика Павлова содержательно соответствует определению системности Э. А. Асратяна. Возможно привести и другое определение, где стереотип это цепь нервных следов от прежних раздражителей, срабатывающих, в отличие от условных и безусловных рефлексов, в отсутствие внешнего стимула[4].

Осознание необходимости концептуализации стереотипа пришло в ходе экспериментов по выработке условных рефлексов на чередующиеся через одинаковые паузы положительные и отрицательные звуковые и кожные раздражители. Выявленный эффект заключался в том, что после укрепления такой деятельности новые рефлексы вырабатывались очень быстро, а в ряде случаев возникали с первого же применения новых раздражителей, при этом воспроизводился ранее сформированный ритм возбуждения и торможения, соответствующий порядку применения положительных и отрицательных сигналов.

На изменение внешнего стереотипа мозг реагирует рядом характерных перестроек, которые отражаются в отдельных звеньях системы, во всей системе или, наконец, всей высшей нервной деятельности. Внешние изменения могут привести как к улучшению, так и к ухудшению протекания высших функций вплоть до развития глубокого невроза. Павлов обратил внимание, что «процессы установки стереотипа и нарушений его и есть субъективно разнообразные положительные и отрицательные чувства».

Содержательно связь между «динамической стереотипией» Павлова и стереотипами Липпмана представляется достаточно прозрачной (для обоих важно что стереотип это слепок окружающей реальности, позволяющий адаптироваться к многообразию), хотя различие подходов к изучению понятно: Липпман акцентирует внимание на социальности стереотипов и того, какое значение они играют в функционировании общества и общностей, а Павлов — на физиологии нервной деятельности.

Примечания

Литература

См. также

Стереотип — это… Что такое Стереотип?

Проверить информацию.

Необходимо проверить точность фактов и достоверность сведений, изложенных в этой статье.
На странице обсуждения должны быть пояснения.

Стереоти́п (от др.-греч. στερεός — твёрдый, объёмный[1] + τύπος — отпечаток) изначально — метафора относительно мышления, пришедшая из типографского дела, где стереотип — монолитная печатная форма, копия с типографского набора или клише, используемая для печатных машин. В современной социальной теории и психологии существуют различные определения понятия стереотип, в зависимости от методологического направления научной школы.

В общем случае, стереотип — устоявшееся отношение к происходящим событиям, действиям, поступкам и т.д.

Западная традиция (У. Липпман)

Обнаружили в стереотипах, а само понятие прочно вошло в обыденный язык[2].

Экономия усилий

Область построения стереотипов простирается от бредовых фантазий до осознанного использования учёными округлённых результатов вычислений. Вся человеческая культура — это, главным образом (в интерпретации Липпмана, разумеется) отбор, реорганизация, отслеживание разных моделей среды. То есть формирование стереотипов — это экономия собственных усилий, так как попытка увидеть все вещи заново и в подробностях, а не как типы и обобщения, утомительна, а для занятого человека практически обречена на провал. Дополнительно следует отметить случаи отказа от типизаций: в близком кругу нет способа подменить чем-либо индивидуализированное понимание или как-то сэкономить на нём. Те, кого мы любим и кем восхищаемся, в большинстве своем — это мужчины и женщины, знают скорее нас самих, а не классификацию, под которую нас можно подвести.

Разметка мира

Помимо экономии усилий, стереотипы, видимо, выполняют и ещё одну функцию: системы стереотипов могут служить ядром нашей личной традиции, способом защиты нашего положения в обществе. Они представляют собой упорядоченную, более или менее непротиворечивую картину мира. В ней удобно разместились наши привычки, вкусы, способности, удовольствия и надежды. Стереотипная картина мира может быть неполной, но это картина возможного мира, к которому мы приспособились. В этом мире люди и предметы занимают предназначенные им места и действуют ожидаемым образом. Мы чувствуем себя в этом мире как дома, мы составная часть его.

Поэтому неудивительно, что любое изменение стереотипов воспринимается как атака на основы мироздания. Это атака на основания нашего мира, и когда речь идет о серьёзных вещах, то нам на самом деле не так просто допустить, что существует какое-то различие между нашим личным миром и миром вообще.

Система стереотипов — не просто способ замены пышного разнообразия и беспорядочной реальности на упорядоченное представление о ней, только сокращенный и упрощенный путь восприятия. Стереотипы служат гарантией нашего самоуважения; проецируют во внешний мир осознание наших ценностей; защищают наше положение в обществе и наши права, а следовательно, стереотипы наполнены чувствами, предпочтениями, приязнью или неприязнью, ассоциируются со страхами, желаниями, влечениями, гордостью, надеждой. Объект, который активизирует стереотип, оценивается в связи с соответствующими эмоциями.

Стереотипы и предрассудки

В этом разделе не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 19 мая 2011.

В повседневной жизни именно предшествующее получению соответствующих данных (априорное) суждение содержит в себе вывод, который эти данные чаще всего и подтверждают. Справедливость, прощение, истина не входят в это суждение, ибо оно предшествует получению фактических данных. Предрассудок, конечно, может быть выявлен, учтен и доработан. Но так как срок жизни человека ограничен, тот должен за отпущенное ему время получить все сведения, необходимые для освоения обширной цивилизации, поэтому ему не обойтись без предрассудков.

В обыденном сознании и в средствах массовой коммуникации о стереотипах весьма распространено мнение как о исключительно отрицательном феномене. Во многом это связано с тем, что в мировой науке чаще всего изучались негативные стереотипы, например, подвергавшихся дискриминации этнических меньшинств. Однако стереотип бывает как отрицательным, так и положительным[3], поэтому необходимо разграничивать стереотип и предрассудки, которые бывают только негативными (в книге Гадамера Г. Г. «Истина и метод» удачно осуществлена апология предрассудков и показано, что предрассудки бывают и позитивными).

Динамика стереотипов

Стереотип начинает действовать ещё до того, как включается разум. Это накладывает специфический отпечаток на данные, которые воспринимаются нашими органами чувств ещё до того, как эти данные достигают рассудка. Ничто так не сопротивляется образованию или критике, как стереотип, так как он накладывает свой отпечаток на фактические данные в момент их восприятия.

В определённой степени внешние стимулы, особенно сказанные или напечатанные, активизируют некоторую часть системы стереотипов, так что непосредственное впечатление и ранее сложившееся мнение появляются в сознании одновременно.

В случаях когда опыт вступает в противоречие со стереотипом, возможен двоякий исход: если индивид уже утратил определённую гибкость или ему в силу какой-то значительной заинтересованности крайне неудобно менять свои стереотипы, он может проигнорировать это противоречие и счесть его исключением, подтверждающим правило, или найти какую-то ошибку, а затем забыть об этом событии. Но если он не утратил любопытства или способности думать, то новшество интегрируется в уже существующую картину мира и изменяет её.

Половые стереотипы

Половые стереотипы — это социально разделяемые представления о личностных качествах и поведенческих моделях мужчин и женщин, а также о половой специфике социальных ролей.

Советская традиция

Схема стереотипа

В 1920—1930-е годы физиологическая школа И.  П. Павлова активно занималась изучением феномена, названного Павловым «динамической стереотипией». В основу представления русской физиологической школы о стереотипе легла способность мозга фиксировать однотипные изменения среды и соответственно реагировать на эти изменения.

Определение динамического стереотипа (по И. П. Павлову) — слаженная уравновешенная система внутренних процессов больших полушарий, соответствующая внешней системе условных раздражителей. Отметим, что определение академика Павлова содержательно соответствует определению системности Э. А. Асратяна. Возможно привести и другое определение, где стереотип это цепь нервных следов от прежних раздражителей, срабатывающих, в отличие от условных и безусловных рефлексов, в отсутствие внешнего стимула[4].

Осознание необходимости концептуализации стереотипа пришло в ходе экспериментов по выработке условных рефлексов на чередующиеся через одинаковые паузы положительные и отрицательные звуковые и кожные раздражители. Выявленный эффект заключался в том, что после укрепления такой деятельности новые рефлексы вырабатывались очень быстро, а в ряде случаев возникали с первого же применения новых раздражителей, при этом воспроизводился ранее сформированный ритм возбуждения и торможения, соответствующий порядку применения положительных и отрицательных сигналов.

На изменение внешнего стереотипа мозг реагирует рядом характерных перестроек, которые отражаются в отдельных звеньях системы, во всей системе или, наконец, всей высшей нервной деятельности. Внешние изменения могут привести как к улучшению, так и к ухудшению протекания высших функций вплоть до развития глубокого невроза. Павлов обратил внимание, что «процессы установки стереотипа и нарушений его и есть субъективно разнообразные положительные и отрицательные чувства».

Содержательно связь между «динамической стереотипией» Павлова и стереотипами Липпмана представляется достаточно прозрачной (для обоих важно что стереотип это слепок окружающей реальности, позволяющий адаптироваться к многообразию), хотя различие подходов к изучению понятно: Липпман акцентирует внимание на социальности стереотипов и того, какое значение они играют в функционировании общества и общностей, а Павлов — на физиологии нервной деятельности.

Примечания

Литература

См. также

Стереотип — это… Что такое Стереотип?

Проверить информацию.

Необходимо проверить точность фактов и достоверность сведений, изложенных в этой статье.
На странице обсуждения должны быть пояснения.

Стереоти́п (от др.-греч. στερεός — твёрдый, объёмный[1] + τύπος — отпечаток) изначально — метафора относительно мышления, пришедшая из типографского дела, где стереотип — монолитная печатная форма, копия с типографского набора или клише, используемая для печатных машин. В современной социальной теории и психологии существуют различные определения понятия стереотип, в зависимости от методологического направления научной школы.

В общем случае, стереотип — устоявшееся отношение к происходящим событиям, действиям, поступкам и т.д.

Западная традиция (У. Липпман)

Обнаружили в стереотипах, а само понятие прочно вошло в обыденный язык[2].

Экономия усилий

Область построения стереотипов простирается от бредовых фантазий до осознанного использования учёными округлённых результатов вычислений. Вся человеческая культура — это, главным образом (в интерпретации Липпмана, разумеется) отбор, реорганизация, отслеживание разных моделей среды. То есть формирование стереотипов — это экономия собственных усилий, так как попытка увидеть все вещи заново и в подробностях, а не как типы и обобщения, утомительна, а для занятого человека практически обречена на провал. Дополнительно следует отметить случаи отказа от типизаций: в близком кругу нет способа подменить чем-либо индивидуализированное понимание или как-то сэкономить на нём. Те, кого мы любим и кем восхищаемся, в большинстве своем — это мужчины и женщины, знают скорее нас самих, а не классификацию, под которую нас можно подвести.

Разметка мира

Помимо экономии усилий, стереотипы, видимо, выполняют и ещё одну функцию: системы стереотипов могут служить ядром нашей личной традиции, способом защиты нашего положения в обществе. Они представляют собой упорядоченную, более или менее непротиворечивую картину мира. В ней удобно разместились наши привычки, вкусы, способности, удовольствия и надежды. Стереотипная картина мира может быть неполной, но это картина возможного мира, к которому мы приспособились. В этом мире люди и предметы занимают предназначенные им места и действуют ожидаемым образом. Мы чувствуем себя в этом мире как дома, мы составная часть его.

Поэтому неудивительно, что любое изменение стереотипов воспринимается как атака на основы мироздания. Это атака на основания нашего мира, и когда речь идет о серьёзных вещах, то нам на самом деле не так просто допустить, что существует какое-то различие между нашим личным миром и миром вообще.

Система стереотипов — не просто способ замены пышного разнообразия и беспорядочной реальности на упорядоченное представление о ней, только сокращенный и упрощенный путь восприятия. Стереотипы служат гарантией нашего самоуважения; проецируют во внешний мир осознание наших ценностей; защищают наше положение в обществе и наши права, а следовательно, стереотипы наполнены чувствами, предпочтениями, приязнью или неприязнью, ассоциируются со страхами, желаниями, влечениями, гордостью, надеждой. Объект, который активизирует стереотип, оценивается в связи с соответствующими эмоциями.

Стереотипы и предрассудки

В этом разделе не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 19 мая 2011.

В повседневной жизни именно предшествующее получению соответствующих данных (априорное) суждение содержит в себе вывод, который эти данные чаще всего и подтверждают. Справедливость, прощение, истина не входят в это суждение, ибо оно предшествует получению фактических данных. Предрассудок, конечно, может быть выявлен, учтен и доработан. Но так как срок жизни человека ограничен, тот должен за отпущенное ему время получить все сведения, необходимые для освоения обширной цивилизации, поэтому ему не обойтись без предрассудков.

В обыденном сознании и в средствах массовой коммуникации о стереотипах весьма распространено мнение как о исключительно отрицательном феномене. Во многом это связано с тем, что в мировой науке чаще всего изучались негативные стереотипы, например, подвергавшихся дискриминации этнических меньшинств. Однако стереотип бывает как отрицательным, так и положительным[3], поэтому необходимо разграничивать стереотип и предрассудки, которые бывают только негативными (в книге Гадамера Г. Г. «Истина и метод» удачно осуществлена апология предрассудков и показано, что предрассудки бывают и позитивными).

Динамика стереотипов

Стереотип начинает действовать ещё до того, как включается разум. Это накладывает специфический отпечаток на данные, которые воспринимаются нашими органами чувств ещё до того, как эти данные достигают рассудка. Ничто так не сопротивляется образованию или критике, как стереотип, так как он накладывает свой отпечаток на фактические данные в момент их восприятия.

В определённой степени внешние стимулы, особенно сказанные или напечатанные, активизируют некоторую часть системы стереотипов, так что непосредственное впечатление и ранее сложившееся мнение появляются в сознании одновременно.

В случаях когда опыт вступает в противоречие со стереотипом, возможен двоякий исход: если индивид уже утратил определённую гибкость или ему в силу какой-то значительной заинтересованности крайне неудобно менять свои стереотипы, он может проигнорировать это противоречие и счесть его исключением, подтверждающим правило, или найти какую-то ошибку, а затем забыть об этом событии. Но если он не утратил любопытства или способности думать, то новшество интегрируется в уже существующую картину мира и изменяет её.

Половые стереотипы

Половые стереотипы — это социально разделяемые представления о личностных качествах и поведенческих моделях мужчин и женщин, а также о половой специфике социальных ролей.

Советская традиция

Схема стереотипа

В 1920—1930-е годы физиологическая школа И.  П. Павлова активно занималась изучением феномена, названного Павловым «динамической стереотипией». В основу представления русской физиологической школы о стереотипе легла способность мозга фиксировать однотипные изменения среды и соответственно реагировать на эти изменения.

Определение динамического стереотипа (по И. П. Павлову) — слаженная уравновешенная система внутренних процессов больших полушарий, соответствующая внешней системе условных раздражителей. Отметим, что определение академика Павлова содержательно соответствует определению системности Э. А. Асратяна. Возможно привести и другое определение, где стереотип это цепь нервных следов от прежних раздражителей, срабатывающих, в отличие от условных и безусловных рефлексов, в отсутствие внешнего стимула[4].

Осознание необходимости концептуализации стереотипа пришло в ходе экспериментов по выработке условных рефлексов на чередующиеся через одинаковые паузы положительные и отрицательные звуковые и кожные раздражители. Выявленный эффект заключался в том, что после укрепления такой деятельности новые рефлексы вырабатывались очень быстро, а в ряде случаев возникали с первого же применения новых раздражителей, при этом воспроизводился ранее сформированный ритм возбуждения и торможения, соответствующий порядку применения положительных и отрицательных сигналов.

На изменение внешнего стереотипа мозг реагирует рядом характерных перестроек, которые отражаются в отдельных звеньях системы, во всей системе или, наконец, всей высшей нервной деятельности. Внешние изменения могут привести как к улучшению, так и к ухудшению протекания высших функций вплоть до развития глубокого невроза. Павлов обратил внимание, что «процессы установки стереотипа и нарушений его и есть субъективно разнообразные положительные и отрицательные чувства».

Содержательно связь между «динамической стереотипией» Павлова и стереотипами Липпмана представляется достаточно прозрачной (для обоих важно что стереотип это слепок окружающей реальности, позволяющий адаптироваться к многообразию), хотя различие подходов к изучению понятно: Липпман акцентирует внимание на социальности стереотипов и того, какое значение они играют в функционировании общества и общностей, а Павлов — на физиологии нервной деятельности.

Примечания

Литература

См. также

С чистого листа: почему легче жить без стереотипов

Сегодня мы живем, работаем и общаемся в мультикультурном мире, где неизбежно сталкиваемся с проблемами взаимопонимания, особенно с людьми, принадлежащими к другой культуре. Стереотипы о чужих культурах прочно въелись в наше сознание — часто нам легче использовать их для описания и объяснения культурных различий, не пытаясь проникнуть в их суть и понять самих людей. Моя цель – исследовать способы, которые помогут преодолеть стереотипы.

Я француженка. Однако на меня очень сильно повлияло немецкое образование, которое определило мой подход к выполнению задач. Когда мне надо решить какую-то задачу, мне необходимо понимать, сколько времени у меня есть, какова моя цель и какие шаги я могу предпринять, чтобы реализовать мой план. Вступая в деловые отношения с представителями другой культуры я отдаю себе отчет в том, что у них могут быть другие стандарты работы. Поэтому периодически спрашиваю себя: «Как мне стоит себя вести? Нужно ли задать им вопросы? Нужно ли объяснить, почему я нахожусь в некотором замешательстве и нуждаюсь в более детальной информации, чтобы выполнить поставленную задачу максимально качественно?» Если я чувствую себя дезориентированной, поскольку имею другие представления о рабочем процессе, я задаю вопросы. Определитесь, что для вас необходимо, чтобы остаться верными себе и своим принципам, но в то же время находить эффективные способы работы с представителями других культур. Необходимо найти баланс между гибкостью по отношению к культурным и национальным различиям и заботой о собственных приоритетах.

1. Что такое культурные особенности и стереотипы.

Реклама на Forbes

Говоря о различиях между стереотипами и культурными особенностями, необходимо признать, что стереотипы обладают негативной коннотацией. Если вы будете принимать решения, основанные исключительно на стереотипах, это может вывести вас на ложный путь. Такого рода интерпретация не берет в расчет различия между странами, национальностями, культурами и гендером.

В стереотипах нет ничего плохого, если вы используете их, чтобы задавать вопросы, но не делать выводы.

Именно поэтому невозможно выделить «хорошие» и «плохие» стереотипы. Они всего лишь инструменты, чтобы понять мир вокруг нас, узнать больше об истории и культуре других народов.

Но не попадайте в их ловушку. Например, существует устойчивый стереотип о немцах: они очень профессиональны, прагматичны и дисциплинированны. Поэтому многие делают вывод об отсутствии гибкости у представителей этой национальности, что в корне неверно. Данный стереотип иногда может быть применим к профессиональной деятельности немцев, но совершенно не характеризует их поведение в повседневной жизни.

Иногда стереотипы можно использовать в свою пользу. Например, если представить, что вам нужно помочь немцу в работе с мексиканцем. Спросите себя: «Как я могу сделать это сотрудничество эффективным и удобным для обеих сторон?» Конструктивный подход – проанализировать стереотипы и сформулировать вопросы, которые стоит задать мексиканцу, чтобы помочь ему понять немца и наоборот.

2. Вы можете систематизировать и впитать в себя новую реальность вокруг, не создавая стереотипов и не следуя им.

Я хотела бы рассказать о моем опыте общения с российскими женщинами, которые занимаются бизнесом. Я не имела опыта общения с ними до того, как приехала в Россию, поэтому не могла систематизировать мои представления о них. У меня также не было готового мнения относительно их поведения. В итоге в результате взаимодействия с ними я пришла к потрясающим выводам. Во-первых, интересен тот факт, что я заключила больше сделок с женщинами, чем с мужчинами, — работа с российскими женщинами из мира бизнеса оказалась для меня очень положительным опытом. Я действительно была удивлена, так как ожидала, что буду работать с мужчинами, как это было в Германии — очень открытой стране, в которой тем не менее женщинам крайне сложно занимать высокие посты, даже если они обладают значительным опытом и компетенцией.

Русские женщины оказались по-настоящему надежными и ориентированными на бизнес: если мне нужно было получить что-то от них завтра, я получала это четко в срок.

Признаюсь, я не ожидала от них такой собранности и оперативности. Русские женщины напомнили мне турецких: последние тоже очень профессиональны и занимают довольно высокие позиции в бизнесе. В некоторых отраслях турецкой экономики преобладающее число высоких позиций, как ни странно, занимают женщины. Я отметила это, когда работала тренером и проводила семинары по всему миру.

Если бы у меня и были стереотипы по поводу русских женщин до того, как я начала с ними общаться, мне бы пришлось потратить гораздо больше времени на то, чтобы сравнить мои чувства и ожидания с этими стереотипами. Соответственно, мне потребовалось бы намного больше времени, чтобы понять русских бизнес-леди.

3. Стоит признать, что иногда стереотипы существуют только в нашем сознании и не находят отражения в реальной жизни.

Я живу в Москве с октября прошлого года. Я брала интервью у иностранцев, работающих в России, чтобы узнать, существуют ли у них какие-либо стереотипы о русских и как они работают с этими стереотипами. Но вот что удивительно: никто из моих собеседников не приехал в Россию с багажом стереотипов!

Возможно, представление о том, что у иностранцев много стереотипов о русских, – тоже стереотип.

Конечно, я выслушала много схожих мнений о русских людях: что они умны и хорошо образованны, гостеприимны, полны энтузиазма довести любое дело до конца. Но я не была уверена, являлось ли это стереотипом или стало выводом из их собственного опыта. Я задавала им следующий вопрос: «Что бы вы хотели изменить в характере или поведении местных жителей?» Среди ответов были подозрительность, нежелание выражать свои эмоции, неулыбчивость.

С какими еще сложностями сталкиваются иностранцы в России? Ничего особенного они не называли  – распространенные проблемы, типичные для людей, работающих за границей. Например, необходимость уделять больше внимания взаимоотношениям и учиться устанавливать контакты в бизнесе и повседневной жизни.

Реклама на Forbes

Еще одна сложная задача для иностранцев, живущих в России, – сблизиться с местными жителями. Знакомясь с русским, иностранцу порой кажется, будто он постепенно открывает матрешку: один уровень доверия, второй уровень смелости и т.п. Чтобы понять загадочную русскую душу, нужно много времени. Многие отмечали, что им приходится быть терпеливыми к русским и их бюрократии. А одна испанка рассказала мне, что эта проблема в России ее вовсе не шокировала, так как у нее на родине уровень бюрократии также очень высок.

Многие считают, что жить в Москве трудно, но не дают советов, как облегчить эту ситуацию. Я не очень понимаю тех, кто так говорит.

Ну и что, что зимой здесь холодно и утром приходится просыпаться в темноте?

Ведь то же самое можно сказать и о Хельсинки. А мне, например, было чрезвычайно трудно жить зимой в Стамбуле. Там те же проблемы, что и в Москве – пробки, климат (когда в Стамбуле идет снег, возникает масса сложностей), экологическая ситуация.

4. Стереотипы касаются не только межкультурной среды. В бизнесе распространен стереотип, что руководитель должен вести себя как «большой босс». Это ошибочная практика демонстрации власти и влияния.

Реклама на Forbes

В течение последних 15 лет я исследовала психологию лидерства в разных отраслях по всему миру. Я пришла к выводу, что ни один человек не может всего. Хорошим лидером может стать только человек, способный вдохновить людей и повести их за собой. Качество лидерства измеряется количеством людей, следующих за  человеком. В моем понимании хороший лидер не обязательно должен обладать наибольшим опытом и знаниями, но ему необходима способность слушать людей, уважать их точку зрения, задавать правильные вопросы и вступать с ними в конструктивный диалог. В лидерстве такого типа главным не может быть лишь один человек. Важнейший элемент в этом процессе – отношения между людьми.

Другая сторона лидерства – умение защититься от нападок и сохранять доминирующую позицию в созданной лидером демократичной атмосфере. Этого баланса очень трудно достичь.

Прежде всего, задайте сами себе несколько вопросов: открыты ли вы для идей? Хотите ли, чтобы подчиненные открыто обсуждали с вами рабочие вопросы и выдвигали свои предложения? Готовы ли вы изменить мнение, если кто-то убедит вас в другой точке зрения? Готовы ли вы вступать в переговоры со своими сотрудниками? При этом нельзя позволять никому нападать на вас или манипулировать вами.

Взаимоотношения с людьми определяют кредит доверия ко мне как к профессионалу и руководителю. Я не могу однажды сказать: «Давайте это сделаем!», а на следующий день: «Давайте сделаем наоборот!» Лидер должен быть последовательным, особенно в бизнесе.

Тематика прав человека для старших классов начальной школы и младших и старших классов средней школы — Азбука преподавания прав человека в школе

Глава III


Тематика прав человека для старших классов начальной школы и младших и старших классов средней школы

Дискриминация

1. Дискриминация на основе стереотипов

При рассмотрении стереотипов укажите на опасность поддержки их антиподов. Настойчиво утверждайте, что любое зерно истины, которое может присутствовать в стереотипе, — это всего лишь зерно. В качестве альтернативного варианта спросите у учащихся класса о случаях, когда они, возможно, слышали такие выражения, как: «все они одинаковы» или «от них иного и ожидать нельзя».

а) Они все одинаковы

Дайте каждому учащемуся камешек или какой-нибудь другой обыкновенный предмет, например картофелину, и попросите его «подружиться» с ним, т.е. действительно узнать его. Попросите нескольких учащихся представить своего «друга» классу, рассказать историю о том, сколько ему лет, печальный он или счастливый или как он стал таким, какой есть. Они могут написать об этом предмете небольшое сочинение, песню или оду. Затем положите все эти предметы обратно в коробку или мешок и перемешайте их. Выложите их и предложите каждому из учащихся найти среди них своего «друга».

Укажите на очевидную аналогию: любая группа людей сначала кажется однородной, но как только вы узнаете их поближе, они все оказываются разными, у каждого из них своя история жизни, и все они потенциальные друзья. Это подразумевает, однако, отказ на время от любых стереотипов (таких, как: «камни — холодные, твердые и безразличные»), достаточный для того, чтобы лучше узнать эти предметы. Это означает, что не следует выносить преждевременных суждений. (Статьи 1, 2 ВДПЧ; статья 2 КПР)

b) Выявление различий

Выскажите следующие суждения:

  1. Я люблю врачей, потому что они всегда добрые.
  2. Мне нравится то, что некоторые врачи добры ко мне.
  3. Врачи — добрые люди.

Обсудите, какое из этих суждений — стереотип (№ 3), какое — предубеждение (№ 1) и какое — просто выражение мнения (№ 2).Укажите, как все три суждения (будучи мысленно помещены в контекстуальные рамки) затрудняют оценку врачей не только как добрых и заботливых людей, но и как сердитых и нетерпеливых тоже! Обсудите, как стереотипы, предубеждения и мнения предопределяют отношение. (Статья 2 ВДПЧ; статья 2 КПР)

Дать молодежи инструменты борьбы со стереотипами

Дата: 11 августа 2021 г.

«Когда я была маленькой, учитель грузинского языка сказал мне, что математика – не для девочек», – рассказывает Сесили, 16-летняя девушка, живущая на западе Грузии. – «Я хотела заниматься математикой и спортом, и моя мама меня в этом поддержала, а старший учитель – нет».

У 17-летнего Темо, живущего в том же регионе, есть свои детские воспоминания об ожиданиях взрослых. «Мы слышали, что искусство – не для мальчиков, а технические науки – не для девочек», – говорит он. Юноша также вспоминает о том, как не поощрялось выражение чувств. «Когда учителя кричали на меня, я уходил домой. Я был эмоциональным ребенком», – рассказывает Темо. – «Они говорили, что мальчики такими быть не должны».

Укрепление способности молодежи бороться с подобными стереотипами является одной из ключевых целей трехлетнего проекта «ЕС за гендерное равенство: Вместе против гендерных стереотипов и гендерного насилия» (EU4GE), финансируемого Европейским союзом и совместно осуществляемого Структурой «ООН-женщины» и ЮНФПА в шести государствах. Программа проекта адресована детям, подросткам и их родителям и направлена на то, чтобы изменить представления о потенциале молодых людей вне зависимости от их гендера.

Сесили и Темо вместе с другими грузинскими подростками присоединились к четырехдневной инициативе Молодежь за социальные перемены, которая включала в себя ролевые игры, моделирование ситуаций и обсуждение. «Одно из заданий предлагало рассмотреть газетные статьи. В одной из них рассказывалось о повышении числа женщин с избыточной массой тела. Мы задали вопрос: почему речь шла только о женщинах?» – рассказывает Темо.

Группа Сесили в результате поставила мини-пьесу о девушке, получившей приглашение учиться в Кембриджском университете, но вместо этого вынужденной выйти замуж. «Мы не были уверены, что к нам придут зрители, или же думали, что они будут настроены враждебно», – рассказывает девушка. «Но отклики был хорошими», – вспоминает Сесили, вдохновленная тем, что практически все зрители поддержали решение героини сначала выучиться в университете.

С самого детства поощрять равенство

Проект EU4GE для молодых людей часто просит их поразмышлять о том, как воспитание сформировало их представления о том, что могут женщины и мужчины. В Армении фокусом внимания родительской сессии «Заботясь о равенстве» при поддерживаемых проектом EU4GE «Семейных уголках» стали игрушки. Пары выбирали игрушку, которая, по их мнению, понравилась бы их ребенку, а затем обсуждали, какие гендерные роли они таким образом поощряли. Родители также делились своим опытом взросления и рассказывали о том, что было хорошо, а что они хотели бы изменить в своих собственных семьях.

Также в Армении был поставлен интерактивный кукольный спектакль, главным героем которого был папа-кролик, озвучивавший распространенные стереотипы: «Родительские собрания – для мам», – заявлял кролик, подчеркивая, что его ролью является поиск морковки. – «Ты считаешь, что я должен пойти на родительское собрание, на котором одни только женщины, а я – единственный мужчина? Что обо мне люди подумают?»

Зрителей попросили проголосовать за то, что могут делать крольчиха-мама и кролик-отец. «Мое предложение: давай я буду заботиться о ребенке несколько дней, потом – ты будешь заботиться о нем. Давай делать это по очереди, чтобы мы оба могли работать», – сказал один мальчик в аудитории.

Разрушение стереотипов о девочках в спорте стало центральной темой видеоролика по проекту EU4GE из Азербайджана. «Большинство людей в нашем обществе связывают спорт с мужчинами», – отметил Фарид Тагизаде, тренер по таэквондо, – «но это совсем не так». В то время как его ученицы практикуют удары с разворота, тренер призывает отцов прекратить дискриминацию в отношении их дочерей.

«Я порвала со стереотипами, когда я…»

Одной из целей проекта EU4GE является охват подростков до того, как в их сознании укоренятся стереотипы. Программы, транслируемые лично и через социальные сети, предлагают молодежи критически подойти к вопросу о том, что они могут сделать как девочка или мальчик – и что они действительно могут сделать в жизни. В Молдове группа подростков и взрослых встретилась, чтобы рассказать о своем опыте. «Мой отец говорил, что не будет мыть посуду, когда в доме две женщины», – вспомнила одна женщина. «Я никогда не видел, чтобы женщина ремонтировала машину», – поделился молодой человек. На сессиях EU4GE в Молдове группам также предлагают обсудить старые поговорки, которые повторяют до сих пор, такие как: «Femeia bună nu are nici ochi, nici urechi, nici gură» – «У хорошей женщины нет ни глаз, ни ушей, ни рта».

В Молдове молодые люди, как 16-летняя Марина Андронаке, встретились, чтобы обсудить гендерные стереотипы, с которыми они сталкиваются. Фото: ЮНФПА Молдова

Молдавскую молодежь спросили о моменте, когда они расширили представления о своих возможностях. «Я разрушил для себя все стереотипы, когда связал шарф», – рассказал молодой человек. «Я порвала со стереотипами, когда решила играть в школьной футбольной команде», – сказала молодая женщина. Эти слова и лица молодых людей, которые сказали о них, отображаются в социальных сетях, побуждая сверстников расширить свое мышление. 

На Украине серия видео о стереотипах стала вирусной в TikTok, охватив 6 миллионов человек. Сформулировав слово «гринж» (от англ. «gringe»)— комбинацию сленгового слова «кринж» (от англ. – стыд, неловкость за чьи-то действия) и буквы «Г» из слова «гендер», кампания попросила молодых инфлюенсеров в соцсетях обсудить обескураживающие попытки навязать им гендерные стереотипы. Также они обыграли свои реакции на выражения вроде «парни не плачут» и «женщинам не место в политике».

Распространяя информацию

Эти и другие кампании в рамках проекта EU4GE появляются онлайн или в открытых пространствах. Фраза «Это можно сделать по-другому – без стереотипов» является темой проекта в Молдове, где послания равенства распространяются посредством пешеходных переходов, билбордов и уличных концертов молодых музыкантов.

В рамках кампании в Молдове была выпущена серия комиксов, в которых для развенчания гендерных стереотипов использовались изображения пещерного человека и мамонта, и эти комиксы охватили десятки тысяч человек лишь за две недели после публикации онлайн. В комиксах изображался пещерный человек, занимавшийся домашней работой, пока женщина охотится. Один из мужчин-пользователей Facebook прокомментировал это так: «Если женщина охотится на мамонтов, то подмести не проблема». Некоторые комментаторы подчеркнули, что культурное давление распределяется несправедливо: «Если женщина оказалась в тяжелой финансовой ситуации, в этом нет ничего странного», – написал один мужчина. – «А если в тяжелом финансовом положении оказался мужчина, значит, он ленивый, испуганный, трусливый, неуверенный в себе, инфантильный».

В Грузии серия постеров и видеороликов обыгрывает грузинское слово «прорвать», также означающее «решить». Изображения показывают женщину или мужчину, буквально завернутых в стереотипы – полосы ткани, которые их связывают – в то время как голоса на заднем плане становятся все более неистовыми и требовательными:

«Что ты делаешь на кухне, ты что, женщина?»

«Зачем ей учиться, она может просто выйти замуж!»

«Это не женская профессия, ты туда не пройдешь.»

«Можешь потерпеть боль. Будь мужиком!»

В конце одноминутных видеороликов — в некоторых из которых снялись известные грузинские актеры —люди, замотанные в ленты ткани, срывают с себя то, что их ограничивает. Эти ролики были просмотрены более 50000 раз за месяц после их публикации онлайн. Они также вызвали драматические обсуждения: «На протяжении 20 лет я жила, основываясь на том, что люди подумают обо мне. Вот почему я не могла развиваться профессионально и отставала в жизни. Мне не разрешили работать, потому что я женщина и должна была оставаться дома», — прокомментировала ролик одна пользовательница Facebook. – «Я решила [разрезала] эту проблему и снова обрела себя и свои способности. Не порабощайте себя».

Концовка одноминутных видеороликов, в некоторых из которых снялись известные грузинские актеры. Фото: Network of Centers for Civic Engagement

Проект EU4GE охватывает аудитории и семьи благодаря мощным посланиям о переменах и возможностях. Обращаясь к гендерным стереотипам и преодолевая их, проект оказывает реальное влияние в шести государствах, где он осуществляется. В Молдове на улице была проведена сессия для подростков с перерывами на футбол. На вопрос о том, почему важно, чтобы матери не брали на себя все бремя работы по дому, один мальчик просто сказал: «Потому что должно быть равенство».

Стереотипы — обзор | Темы ScienceDirect

V Последствия для новых медиа и будущих направлений

Большая часть существующей экспериментальной работы по созданию стереотипов в СМИ проводилась в контексте «традиционных» медиаформатов. Однако аудитория больше не ограничивается «старыми» медиаресурсами, такими как сетевое и кабельное телевидение, печатные СМИ, такие как журналы и газеты, и радио. Теперь у них есть доступ к новым медиа, таким как блоги, мобильные телефоны, социальные сети, такие как Facebook и Twitter, видеоигры, а также сайты потокового видео в Интернете, такие как Netflix, YouTube или Hulu.Развитие интерактивных, цифровых, глобальных и персонализированных средств массовой информации предоставляет ученым новые возможности проверить, верны ли существующие теории стереотипных представлений о средствах массовой информации в этих контекстах, а также использовать эти форматы для достижения методологического прогресса в экспериментальных исследованиях.

В обширных обзорах Метцгер (2009) и Чаффи и Метцгер (2001) подчеркивают, что, по мнению медиаторов, есть трудности, связанные с теоретическими и методологическими проблемами новых медиа. Теоретически более широкая доступность и распространение информации в новых медиа-контекстах, средах, группах населения и точках времени, вероятно, вызовет проблемы в текущих областях исследований медиа-эффектов.В контексте новых медиа, которые все больше ориентируются на пользователей, члены аудитории более избирательны и с меньшей вероятностью вырастут в общей символической среде, которая способствует формированию стереотипов. Однако в противовес этой новой озабоченности СМИ следует, что культивирование все еще имеет место; вместо совокупного представления о том, как взаимодействуют группы людей, аудитория может адаптировать свои средства массовой информации таким образом, чтобы культивировать собственное понимание того, как группы взаимодействуют друг с другом.

Член «аудитории» СМИ был концептуализирован как ограниченный тем, что представлено СМИ, и принимающий эту информацию за чистую монету.В качестве альтернативы, «пользователи» СМИ в текущих контекстах СМИ — это интерактивные личности, которые обладают большей властью при принятии решения, какой тип сообщений они позволят себе быть открытыми. Интерактивность средств массовой информации дает возможность более широкой аудитории, так что аудитории могут изменять мультимедийный контент, в котором они участвуют. Пользователи могут смягчать и манипулировать информацией, предоставляемой через средства массовой информации, а также имеют возможность передавать информацию другим аудиториям через косвенные (например,g., новостные ленты Facebook) или прямые (например, сообщения в блогах). Однако простая избирательность и интерактивность могут отличаться от тренировки навыков медиаграмотности, которая критически исследует сообщения, которые они представляют, их значения и цели.

В то время как теоретические последствия новых медийных контекстов развиваются, методологические соображения сосредотачиваются на разработке исследовательских проектов, учитывающих различные способы взаимодействия аудитории с медиаконтентом. Чтобы исследовать стереотипы СМИ и их влияние в таких новых медиа, как сайты социальных сетей, чаты, видеоигры и виртуальные миры, такие как «Вторая жизнь», экспериментаторы должны познакомиться с манипулированием материалами стимулов и созданием условий лечения в этих контекстах.Медиологи также все чаще набирают образцы с помощью социальных сетей, таких как Facebook, и проводят свои эксперименты с использованием компьютерных онлайн-инструментов, таких как Medialab, Survey Monkey, Qualtrics и Mechanical Turk. Часто эти инструменты администрируются в лабораторных условиях, но также отправляются участникам в виде ссылок для заполнения на их ноутбуках и мобильных устройствах. Учитывая, что существуют различия в экспериментальных условиях, исследователям важно контролировать, когда и как эксперименты проводятся с участниками.

Сценарий меняющейся медиа-культуры означает, что стереотипы стали гораздо более тонкими и скрытыми, чем когда-либо прежде. С наступлением постфеминистской и пострасовой эпохи исследователи СМИ особенно заинтересованы в изучении влияния стереотипов СМИ на символические, амбивалентные и современные предрассудки. В соответствии с этим сдвигом в представлении СМИ, компьютерные инструменты, такие как IAT и лексические задачи принятия решений, предлагают новые возможности, выходящие за рамки традиционных бумажных и карандашных мер явного одобрения стереотипов.Они позволяют исследователям измерять скрытые, скрытые и отталкивающие формы предрассудков, а не старомодные вопиющие предрассудки. Эти инструменты фиксируют автоматические стереотипы, которые действуют без осознания участниками, даже если они могут быть податливы для ситуативных сигналов, таких как контрстереотипные образцы СМИ (Banaji & Hardin, 1996; Blair, 2002; Devine, 1989; Ramasubramanian, 2007).

Исследования стереотипов в СМИ, как правило, в основном сосредоточены на расовых / этнических стереотипах в U.С. контекстов. В будущих исследованиях следует изучить эти темы в других культурных контекстах, а также в отношении принадлежности к другим группам, таких как сексуальная ориентация, размер тела и социальный класс. Экспериментаторам следует выйти за рамки студенческих выборок и перейти к более обобщенным группам аудитории, чтобы повысить экологическую обоснованность своих выводов. Помимо изучения пагубного воздействия стереотипов СМИ на членов групп большинства и меньшинства, исследователи также должны сосредоточиться на понимании роли позитивных контр-стереотипных примеров СМИ и стратегий медиаграмотности для разработки основанных на СМИ стратегий снижения предубеждений.

Включение более сложных дизайнов, таких как предварительный или четырехгрупповой дизайн по Соломону, позволит улучшить контроль и повысить уверенность в результатах. Исследователи должны изучить лонгитюдные модели, которые позволяют многократно воздействовать на медиа-контент, чтобы отслеживать динамические реакции аудитории с течением времени. Используя сложные инструменты, такие как моделирование структурных уравнений, исследователям СМИ, интересующимся причинно-следственными выводами, следует уделять больше внимания построению причинно-следственных связей для объяснения ключевых переменных, которые смягчают и опосредуют взаимосвязь между стереотипами в СМИ и отношением аудитории.Дальнейшие исследования должны быть сосредоточены на продолжительности эффектов, чтобы объяснить условия, при которых эффекты длятся всего несколько минут, по сравнению с теми, которые длятся гораздо дольше.

В заключение, развитие эпистемологических представлений о медиа, различные концептуальные представления о медиа-эффектах (например, гипотеза культивирования) и развитие сложных статистических процедур могут привести к значительным теоретическим и методологическим достижениям в экспериментальных исследованиях стереотипов в медиа.Новые модели, словари и теории исследования медиаэффектов разрабатываются для теоретического обоснования интерактивного, транснационального и нового опыта цифровых медиа. В исследованиях стереотипов в СМИ акцент смещается с , существуют ли стереотипы в СМИ , на , как они влияют на аудиторию. Другими словами, происходит переход от стереотипов к медиа-эффектам к процессам . По всем этим причинам будущее открывает многообещающие и волнующие возможности для экспериментальных исследований процессов стереотипирования в СМИ.

Неявные стереотипы и прогнозирующий мозг: познание и культура в «предвзятом» восприятии человека

Взгляд на стереотип как на фиксированный набор атрибутов, связанных с социальной группой, исходит из основополагающего исследования экспериментальной психологии, проведенного Кацем и Брэйли (1933). . Сто студентов Принстонского университета попросили выбрать атрибуты, которые они ассоциируют с десятью конкретными национальностями, этническими и религиозными группами, из списка, состоящего из 84 характеристик. Затем исследователи собрали атрибуты, наиболее часто связанные с каждой группой.Кац и Брэйли (1933: 289) назвали эти ассоциации «групповой ошибочной установкой», подразумевающей ошибочное мнение (или отношение) от имени участников. Исследование было повторено в Принстоне Gilbert (1951) и Karlins et al. (1969), и подобные атрибуты, как правило, становились наиболее частыми для групп. Стойкость этих ассоциаций, таких как англичане как приверженцы традиций и консервативность, на протяжении более 35 лет часто узко истолковывалась как свидетельство фиксированной природы стереотипов.Тем не менее, более пристальный взгляд на данные показывает контрдоказательства. Редко был выбран атрибут более чем половиной участников: у англичан только «спортивный» в 1933 году, а «консервативный» в 1969 году достиг этого показателя. Также со временем менялись и проценты, и выбранные атрибуты. К 1969 году «спортивность» англичан упала до 22%. К 1969 г. количество атрибутов в первой пятерке некоторых групп упало до менее 10%. Кроме того, стереотипы в целом имели тенденцию становиться более позитивными с течением времени.Однако то, что исследования действительно установили, было методологическим подходом к стереотипам как экспериментальному исследованию атрибутов «характера», связанных с социальными группами в сознании человека.

Понятие неявных стереотипов основано на двух ключевых теоретических концепциях: ассоциативных сетях в семантической (знания) памяти и автоматической активации. Предполагается, что понятия в семантической памяти связаны вместе в терминах ассоциативной сети, при этом связанные концепции имеют более сильные связи или находятся ближе друг к другу, чем несвязанные концепции (Collins and Loftus, 1975).Таким образом, «доктор» имеет более сильную связь с «медсестрой» (или считается более близкой в ​​сети), чем с не связанными понятиями, такими как «корабль» или «дерево». Связанные понятия объединяются в кластер, например больница, врач, медсестра, пациент, палата, санитар, операционная и т. Д., В локальной сети (Payne and Cameron, 2013), которую иногда называют схемой (Ghosh and Gilboa, 2014; см. Hinton, 2016). Активация одного понятия (например, чтение слова «врач») распространяется на связанные понятия в сети (например, «медсестра»), делая их более доступными в период активации.Доказательства в пользу ассоциативной сетевой модели прибывают из времени отклика в ряде исследовательских парадигм, таких как распознавание слов, лексическое решение и предварительные задачи: например, Нили (1977) показал, что слово «медсестра» распознается быстрее в задаче на время реакции. после слова «доктор», чем когда перед ним стоит нейтральный штрих (например, ряд X) или несвязанное простое слово (например, «таблица»). Был проведен значительный объем исследований природы семантической ассоциации, которая отражает субъективный опыт, а также лингвистическое сходство, хотя люди, похоже, организуют свои семантические знания таким же образом, как и другие.Слабо связанные концепции могут быть активированы путем распространения активации на основе тематических ассоциаций, а сложность структуры ассоциаций развивается с течением времени и опыта (De Deyne et al., 2016).

Распространение активации одной концепции на другую рассматривалось как происходящее бессознательно или автоматически. В середине 1970-х годов было проведено различие между двумя формами умственной обработки: сознательной (или контролируемой) обработкой и автоматической обработкой (Shiffrin and Schneider, 1977).Сознательная обработка требует ресурсов внимания и может использоваться гибко и справляться с новизной. Однако для этого требуется мотивация и время, что может привести к относительно медленной последовательной обработке информации. Автоматическая обработка работает вне пределов внимания, происходит быстро и включает параллельную обработку. Однако он, как правило, негибкий и (в значительной степени) неконтролируемый. Канеман (2011) называет их Системой 2 и Системой 1 соответственно. Шиффрин и Шнайдер (1977) обнаружили, что обнаружение буквы среди чисел может быть выполнено быстро и без усилий, что подразумевает автоматическое обнаружение категориальных различий букв и цифр.Обнаружение элементов из группы целевых букв среди второй группы фоновых букв потребовало времени и концентрации, требуя (сознательной) обработки внимания. Однако новые ассоциации (определенные буквы как цели и другие буквы как фон) можно было усвоить путем обширной практики, пока ассоциации были последовательными (цели никогда не использовались в качестве фоновых букв). После многих тысяч испытаний время обнаружения значительно сократилось: участники сообщали, что цели «выскакивают» из фоновых букв, подразумевая, что практика привела к автоматической активации целевых букв (на основе новых категорий букв-мишеней).Таким образом, последовательность опыта (практики) может привести к новым автоматически активируемым заученным ассоциациям. Однако, когда Шиффрин и Шнайдер (1977) поменяли местами цели и фоновые буквы после тысяч последовательных испытаний, производительность упала намного ниже начального уровня — время обнаружения было чрезвычайно медленным, требующим сознательного внимания, поскольку участники боролись с автоматической активацией старого, но -сейчас-неверные цели. Медленно и с дополнительной практикой в ​​виде тысяч испытаний производительность постепенно улучшалась с новой конфигурацией целевых и фоновых букв.Таким образом, хорошо отработанные семантические ассоциации, согласующиеся с опытом человека, могут автоматически активироваться при обнаружении категории, но однажды усвоенные, их чрезвычайно трудно отучить.

Используя эти теоретические идеи, стереотипная ассоциация (например, «черный» и «агрессивность») может храниться в семантической памяти и автоматически активироваться, создавая неявный стереотипный эффект. Это было продемонстрировано Дивайном (1989). Белых участников попросили воспроизвести черты стереотипа черных, а также заполнить анкету для определения предубеждений.Девайн обнаружил, что люди с низкими и высокими предрассудками знали характеристики стереотипа черных. На следующем этапе исследования участники оценили враждебность человека, которого называли только Дональдом, описанного в абзаце из 12 предложений, как вызывающего неоднозначно враждебное поведение, например, требующего возврата денег за то, что он только что купил в магазине. Перед описанием слова, относящиеся к стереотипу Блэка, быстро отображались на экране, но слишком быстро, чтобы их можно было распознать сознательно.Было показано, что эта автоматическая активация стереотипа влияет на суждение о враждебности Дональда участниками как с низким, так и с высоким уровнем предубеждений. Наконец, участников попросили анонимно перечислить свои взгляды на чернокожих. Люди с низким уровнем предубеждений дали больше положительных утверждений и больше убеждений (например, «все люди равны»), чем черт характера, тогда как участники с высоким уровнем предубеждений указали больше негативных высказываний и больше черт (таких как «агрессивность»).

Девайн объяснил эти результаты, утверждая, что в процессе социализации члены культуры изучают существующие в этой культуре верования в отношении различных социальных групп.Благодаря своей частоте возникновения стереотипные ассоциации о людях из стереотипной группы прочно закрепляются в памяти. Из-за их широкого распространения в обществе более или менее каждый в культуре, даже непредвзятый человек, имеет неявные стереотипные ассоциации, доступные в семантической памяти. Следовательно, стереотип автоматически активируется в присутствии члена стереотипной группы и может влиять на мысли и поведение воспринимающего.Однако люди, чьи личные убеждения отвергают предрассудки и дискриминацию, могут сознательно подавлять влияние стереотипа в своих мыслях и поведении. К сожалению, как описано выше, сознательная обработка требует выделения ресурсов внимания, и поэтому влияние автоматически активируемого стереотипа может быть подавлено только в том случае, если человек осознает его потенциальную предвзятость в отношении активации и мотивирован на выделение времени и усилий для подавления это и заменить его в принятии решений преднамеренным нестереотипным суждением.Дивайн (1989: 15) рассматривал процесс утверждения сознательного контроля как «отказ от дурной привычки».

Утверждалось, что ресурсы сознательного внимания используются только в случае необходимости, когда воспринимающий действует как «когнитивный скряга» (Fiske and Taylor, 1991): в результате Macrae et al. (1994) утверждали, что стереотипы можно рассматривать как эффективные «инструменты» обработки, позволяющие избежать необходимости «расходовать» ценные сознательные ресурсы обработки. Тем не менее, Девайн и Монтейт (1999) утверждали, что они могут быть сознательно подавлены, когда ищется непредвзятое восприятие.Кроме того, неявный стереотип автоматически активируется только тогда, когда член группы воспринимается с точки зрения определенного социального значения (Macrae et al., 1997), поэтому автоматическая активация не гарантируется при представлении члена группы (Devine and Sharp, 2009). Дивайн и Шарп (2009) утверждали, что сознательная и автоматическая активация не исключают друг друга, но в социальном восприятии существует взаимодействие между двумя процессами. Социальный контекст также может влиять на автоматическую активацию, так что в контексте «заключенных» существует стереотипное предубеждение к черным (по сравнению с белыми), но не в контексте «юристов» (Wittenbrink et al., 2001). Действительно, Дивайн и Шарп (2009) утверждали, что ряд ситуационных факторов и индивидуальных различий может влиять на автоматическую активацию стереотипов, а сознательный контроль может подавлять их влияние на социальное восприятие. Однако Барг (1999) был менее оптимистичен, чем Девайн в отношении способности индивидуального сознательного контроля подавлять автоматически активируемые стереотипы, и предположил, что единственный способ остановить влияние имплицитного стереотипа — это «искоренение самого культурного стереотипа» (Барг (1999) : 378).Вместо модели когнитивно-скупой обработки когнитивных функций Барг предложил «когнитивного монстра», аргументируя это тем, что у нас нет той степени сознательного контроля, которую предлагает Девайн, чтобы смягчить влияние неявных стереотипов (Bargh and Williams, 2006; Bargh, 2011).

Гринвальд и Банаджи (1995) призвали к более широкому использованию косвенных показателей имплицитного познания, чтобы продемонстрировать эффект активации вне сознательного контроля воспринимающего. Они были особенно обеспокоены неявными стереотипами, утверждая, что «автоматическое действие стереотипов обеспечивает основу для неявных стереотипов», цитируя исследования, такие как исследование Гертнера и Маклафлина (1983).В этом последнем исследовании, несмотря на низкие баллы участников по прямой самоотчетной оценке предубеждений, они по-прежнему достоверно быстрее реагировали на связь между «белым» и положительными качествами, такими как «умный», по сравнению с сочетанием «черного» с те же положительные качества. Таким образом, они пришли к выводу, что косвенная мера времени реакции выявляла неявный стереотипный эффект. Следовательно, Greenwald et al. (1998) разработали тест неявной ассоциации (или IAT). Этот тест на время реакции ассоциации слов представляет пары слов в последовательности испытаний на пяти этапах, при этом на каждом этапе проверяется время реакции на различные комбинации пар слов.По результатам на разных этапах можно проверить время реакции на различные словесные ассоциации. Например, полюса концепции возраста, «молодой» и «старый», можно последовательно соединить с «хорошим» и «плохим», чтобы увидеть, соответствует ли время реакции на пару молодой-хороший и / или старый-плохой. достоверно быстрее, чем альтернативные пары, что свидетельствует о неявном стереотипе возраста. В качестве метода IAT может применяться к любой комбинации пар слов и, как результат, может использоваться для изучения ряда неявных стереотипов, таких как «белый» и «черный» для этнических стереотипов или «мужчины» и «женщины» для гендерные стереотипы в сочетании с любыми словами, связанными со стереотипными атрибутами, такими как агрессия или зависимость.Результаты были весьма впечатляющими. Последующее использование IAT последовательно демонстрирует неявные стереотипы для ряда различных социальных категорий, в частности, пола и этнической принадлежности (Greenwald et al., 2015). Неявные стереотипы теперь рассматриваются как один из аспектов неявного социального познания, который участвует в ряде социальных суждений (Payne and Gawronski, 2010).

Критика результатов IAT поставила под сомнение, действительно ли он идентифицирует конкретное бессознательное предубеждение, не связанное с сознательным суждением (Oswald et al., 2013) или, как предположил Дивайн (1989), просто знание культурной ассоциации, которая может быть управляемой и запрещенной при принятии решений (Payne and Gawronski, 2010). В поддержку IAT, Greenwald et al. (2009) метаанализ 184 исследований IAT показал, что существует прогностическая достоверность неявных ассоциаций с поведенческими результатами в целом ряде предметных областей, а Greenwald et al. (2015) утверждают, что это может иметь значительные социальные последствия. Как следствие, если неявные стереотипы указывают на потенциально неконтролируемое когнитивное предубеждение, тогда возникает вопрос, как справиться с его результатами при принятии решений, особенно для человека, искренне стремящегося к непредвзятому суждению.С явными предубеждениями борются с помощью ряда социально-политических мер — от антидискриминационных законов до обучения интервьюеров, но вмешательства в основном направлены на то, чтобы убедить или заставить людей действовать сознательно и без предубеждений. Lai et al. (2016) исследовали ряд методов вмешательства для уменьшения скрытых расовых предрассудков, таких как знакомство с контр-стереотипными образцами или поощрение мультикультурализма, но выводы были несколько пессимистичными. Различные вмешательства по-разному влияли на неявный стереотип (по данным IAT).Например, яркий контр-стереотипный пример (который участники читали) — вообразить, как идете в одиночестве ночью и подвергаться жестокому нападению со стороны белого и спасаемому чернокожим — оказался весьма эффективным. Однако из девяти вмешательств, рассмотренных Lai et al. (2016), все в какой-то степени были эффективны, но последующее тестирование показало, что положительный эффект исчез в течение дня или около того. Авторы пришли к выводу, что, хотя неявные ассоциации были податливыми в краткосрочной перспективе, эти (краткие) вмешательства не имели долгосрочного эффекта.Это может указывать на то, что неявные стереотипы прочно укоренились и могут реагировать только на интенсивные и долгосрочные вмешательства (Devine et al., 2012). Lai et al. (2016) также предполагают, что дети могут быть более восприимчивы к неявному изменению стереотипов, чем взрослые.

Проблема в том, что если люди не способны сознательно изменить свои неявные «предубеждения», в какой степени они несут ответственность за действия, основанные на этих неявных стереотипах? Профессор права Кригер (1995) утверждал, что законодатели и юристы должны принимать во внимание психологические объяснения неявной предвзятости в своих суждениях.Например, в исследовании Cameron et al. (2010) участники оценили ответственность белого работодателя, который иногда дискриминировал афроамериканцев, несмотря на сознательное желание быть справедливым. Когда эта дискриминация была представлена ​​как результат неосознанной предвзятости, о которой работодатель не подозревал, тогда участники сочли, что личная ответственность за дискриминацию ниже. Однако, когда ему сказали, что скрытая предвзятость была автоматическим «внутренним ощущением», о котором работодатель знал, но который трудно контролировать, не привело к такому же снижению моральной ответственности.Это также имеет потенциальное юридическое значение (Krieger and Fiske, 2006), поскольку закон традиционно предполагал, что ответственность за дискриминационный акт лежит на индивидуальном предприятии, совершающем это действие, с допущением о лежащей в основе дискриминационной мотивации (намерении). Эффектом неявной стереотипной предвзятости может быть дискриминационное действие, которое человек не планировал и не осознавал.

Неявная стереотипная предвзятость бросает вызов человеку как единственному источнику и причине его мыслей и действий.В огромном исследовании, в котором приняли участие более двухсот тысяч участников, все граждане США, Axt et al. (2014) использовали MC-IAT, вариант IAT, для изучения неявной предвзятости в суждениях об этнических, религиозных и возрастных группах. В то время как участники демонстрировали фаворитизм внутри группы, во время их ответа возникла последовательная иерархия социальных групп. Что касается этнической принадлежности, с точки зрения положительности оценки, белые были самыми высокими, за ними следовали азиаты, чернокожие и латиноамериканцы, причем такой же порядок был получен от участников из каждой из этнических групп.В отношении религии был создан последовательный порядок христианства, иудаизма, индуизма и ислама. Что касается возрастного исследования, положительные оценки были связаны с молодежью с постоянным порядком детей, молодых людей, взрослых среднего возраста и пожилых людей среди участников всех возрастов, от подростков до шестидесяти лет. Axt et al. утверждал, что последовательные неявные оценки отражают культурные иерархии социальной власти (и социальных структур), «глубоко укоренившиеся в социальном сознании» (Axt et al., 2014: 1812). Они также предполагают, что эти неявные предубеждения могут «не поддерживаться и даже противоречить сознательным убеждениям и ценностям» (Axt et al., 2014: 1812). Сосредоточение внимания на когнитивной предвзятости, с ее следствием предвзятого суждения человека, как правило, игнорировало важность культуры в познании. Именно этот вопрос сейчас и рассматривается здесь.

Каковы причины стереотипов?

Расовая справедливость — это путь к расовому прогрессу. Следуйте за нами в твиттере @GetRaceRight

Что еще хуже: фейковые новости.. .

. . . или настоящие новости?

Обратите внимание на стереотипные комментарии и изображения, с которыми вы столкнетесь в следующие несколько дней. Они довольно распространены. Но почему? Откуда они? Что дает им силу формировать наши мысли и чувства о других людях? Мелинда Джонс (2002) определила четыре различных источника стереотипов.

Наш образ мышления создает стереотипы: деление людей на группы

Мы мыслим категориями, которые мы создаем на основе нашего опыта.Эти категории проясняют нам мир, но они также чрезмерно упрощают его. В какой-то момент эти естественные чрезмерные упрощения переходят черту стереотипов. Мы не можем мыслить без использования категорий, что затрудняет понимание того, когда наши категории мешают, а не помогают, нашей способности разбираться в вещах.

Простое знание социальных групп может привести нас к стереотипному представлению об их членах, потому что мы предполагаем, что должно быть что-то важное, что в первую очередь привело к их общей классификации, что-то, что делает их по сути похожими.Мы видим вблизи индивидуальные различия между членами наших собственных социальных групп, но представители других социальных групп на расстоянии сливаются в однородное целое, каждый из которых представляет собой незначительную вариацию на одну и ту же основную тему. Или, в лучшем случае, «исключение» — способ признать, что кто-то не соответствует вашему стереотипу о своей группе, без признания того, что ваш стереотип может быть неправильным.

Эйден Грегг и его коллеги (2006) создали вымышленные социальные группы для участников исследования, стереотипный набор хороших и плохих парней, а затем решили посмотреть, как они могут изменить взгляды людей на группы.Они попытались добавить новую информацию, противоречащую стереотипу. Они рассказали людям, что с годами состав групп значительно изменился. Они даже сказали одной группе, что перепутали имена, и что все, что люди думали, что они знают о группах, было совершенно неверным.

Безрезультатно. Первоначальные взгляды двух групп сохранились. Авторы пришли к выводу, что стереотипы , основанные на категориях, похожи на «задолженность по кредитной карте и лишние калории, их легче получить, чем отбросить».”

То, что мы слышим, создает стереотипы: чему мы учимся у других людей и общества в целом

Мы также заимствуем стереотипы из окружающего нас мира. Мы слышим стереотипные разговоры или видим стереотипные образы. Семья, друзья, школа, работа, церковь, средства массовой информации и т. Д.

Конечно, мы можем учиться у людей, говорят они что-нибудь или нет. Три итальянских психолога (Castelli, Zogmaister и Tomelleri, 2009) измерили отношение белых детей как к белым, так и к черным людям.(Иммиграция из Африки в Италию была спорным вопросом в последние годы.) Две трети детей заявили, что они предпочли бы Белого товарища по играм черному товарищу по играм, и многие из них описали белых людей более позитивно, чем они описали чернокожих. . Исследователи также измерили отношение родителей детей. Родители ответили на прямые, ясные вопросы (например, «у чернокожих иммигрантов есть работа, которую должны иметь итальянцы»). Они также прошли тест на неявную ассоциацию (IAT), измеряющий, насколько быстро люди связывают положительные и отрицательные термины с черно-белыми лицами.(Скорость наших ответов на пары слов или понятий является хорошим показателем того, насколько сильно они связаны в нашем сознании.)

Лучший предсказатель уровня явных предубеждений этих белых детей по отношению к черным? Материнские неявные предрассудки , измеренные IAT. Дети улавливали тонкие сигналы от своих матерей и использовали их, а не явные заявления матери, чтобы сформировать свои собственные стереотипы.

Конечно, здесь происходит такая же передача стереотипов.Если вы думаете, что молодое поколение не принимает расистские послания, значит, вы не обращали на это внимания.

Иногда подсказки не такие тонкие. В следующий раз, когда вы услышите, как кто-то описывает антиарабские настроения как результат 11 сентября, вспомните анализ Джека Шахина фильмов, изображающих арабов начала 20 века, в: Reel Bad Arabs. После терактов 11 сентября мы были культурно настроены видеть всех арабов похожими друг на друга, что усложняло различие между теми, кто действительно прибегал к насилию, и теми, кто нет.

То, как мы помним, создает стереотипы: иллюзорные корреляции

Мы устроены так, что замечаем отличительные вещи — одиночную букву O в поле с буквами X, ребенка в группе взрослых или небольшое количество женщин в группе, состоящей в основном из мужчин. Что происходит, когда одновременно происходят две разные вещи? Мы преувеличиваем частоту, с которой это происходит.

Вот пример: большинство людей в этой стране белые, поэтому цветные люди (по крайней мере, во многих контекстах) отличаются друг от друга.Их замечают. Кроме того, большинство людей любого цвета кожи обычно поступают хорошо, а не плохо, поэтому и плохое поведение привлекает наше внимание. Сложите эти две отличительные черты вместе, и мы удвоим внимание тем, кто делает плохие поступки цветным. Связь преувеличивается в нашем сознании, и мы «видим» ее более распространенной, чем она есть на самом деле. Женщина-менеджер с колючим характером. Молодой черный парень, который, кажется, пристально смотрит на вас на парковке. Белый мужчина постарше, который особенно не разбирается в людях, которые отличаются от него.Когнитивный механизм сложен (Ernst, Kuhlmann, and Vogel, 2019), но суть в том, что характерный человек, делающий что-то особенное, привлекает наше внимание и влияет на наше последующее мышление.

Выводы, которые мы делаем, создают стереотипы: предположение, что человек соответствует роли

У представителей западных культур есть тенденция переоценивать степень, в которой люди делают то, что они хотят делать, и недооценивать степень, в которой люди делают то, что предписано их социальными ролями.Поэтому, когда мы видим людей в определенной роли, мы склонны предполагать, что они хорошо подходят для нее (и, в более широком смысле, не очень хорошо подходят для других ролей). Например, женщины с большей вероятностью будут нести ответственность за воспитание детей, поэтому в среднем они тратят больше времени, чем мужчины, на воспитание других. Видя это, мы приходим к выводу, что женщины от природы лелеют, преуменьшая степень, в которой они могут просто выполнять свои обязанности. Если поменять местами половые роли, изменится и наше представление о полах (Eagley and Steffen, 1984).

Раса, как и пол, определяет многие роли, которые люди занимают в этой стране. Цветные люди чрезмерно представлены на низкооплачиваемых должностях, и поэтому Белым людям может показаться, что они каким-то образом предназначены для них. Таким образом, в той степени, в которой мы с большей вероятностью увидим членов определенных групп в одних ролях и с меньшей вероятностью увидим их в других ролях, в результате у нас развиваются стереотипы.

Стереотипы могут меняться по мере смены ролей, иногда неожиданным образом. Психолог и эксперт по стереотипам Дэвид Шнайдер (2004) отмечает, что в его детстве в Индиане 1950-х годов считалось «фактом», что чернокожие не являются хорошими спортсменами, — вывод, сделанный на основании их почти полного отсутствия в чемпионских баскетбольных командах.Оглядываясь назад, конечно, легко понять социологические факторы, которые мешали темнокожим студентам играть за лучшие команды или мешали лучшим черным командам играть за чемпионаты. В то время, однако, Шнайдер и его друзья считали это логическим выводом из их беспристрастных наблюдений за миром хузеровского спорта. Теперь люди смотрят игры НБА и приходят к столь же нелепому выводу, что все черные люди от природы гипер-атлетичны. То, во что мы верим, частично зависит от того, что мы видим, но то, что мы видим, является функцией социальных ролей и договоренностей, созданных сложным набором исторических, политических и экономических факторов.

Итог: Стереотипы широко распространены и сильны, отчасти потому, что они влияют на то, как мы видим мир, даже когда наш субъективный опыт заставляет нас думать, что мы просто описываем мир таким, какой он существует на самом деле. Мы редко думаем, что подвержены влиянию стереотипов, что делает нас еще более восприимчивыми к их влиянию.

стереотип — WordReference.com Словарь английского языка


Преобразование в ‘ стереотип ‘ (v): (⇒ сопряженное)
стереотипы
v 3-е лицо единственного числа
стереотипирование
v pres p причастие глагол ing используется описательно или для образования прогрессивного глагола — например, « поет, птица», «Это поет, ».«
стереотипный
v прошедший глагол , прошедший простой : прошедшее время — например,« Он видел человека ».« Она засмеялась . »
стереотипное
v past p глагол, причастие прошедшего времени : форма глагола, используемая описательно или для образования глаголов — например, «дверь заперта, », «дверь была заперта, ».

WordReference Словарь американского английского языка для учащихся Random House © 2021
ster • e • o • type / ˈstɛriəˌtaɪp, ˈstɪr- / USA произношение п., v., -type, -typ • ing.
н. [счетный]
  1. Печать (Printing): процесс изготовления печатных форм с использованием печатной формы;
    пластина проделана таким образом.
  2. Социология: идея, выражение и т. Д., Лишенное оригинальности или изобретательности.
  3. Социолог — чрезмерно упрощенный способ мышления о человеке, группе и т. Д .: В обществе существуют определенные стереотипы об умственно отсталых.

v. [~ + Объект]
  1. Полиграфия, Социология, чтобы создать стереотип: тенденция к стереотипу этнических групп.
ster • e • o • typed , прил .: стереотипное представление о бездомных. См. -Type-.WordReference Random House Полный словарь американского английского языка © 2021
ster • e • o • type (ster ē ə tīp ′, stēr -), США произношение n., V., -type, -typ • ing.
н.
  1. Печать: процесс изготовления металлических печатных форм, который в настоящее время часто заменяется более совершенными методами, заключается в том, чтобы взять пресс-форму составного шрифта или что-то подобное из папье-маше или другого материала, а затем извлечь из этой формы литой металл.
  2. Печатная форма, изготовленная этим способом.
  3. Социология установленная форма; соглашение.
  4. Социология — упрощенная и стандартизированная концепция или образ, наделенный особым смыслом и общий для членов группы: ковбой и индеец — американские стереотипы.

в.т.
  1. Полиграфия, Социология сделать стереотип.
  2. Социология: охарактеризовать или рассматривать как стереотип: актера стереотипировали как злодея.
  3. Социологиядать фиксированную форму.
  • стерео + -тип 1790–1800
ster e • o • наборщик текста, ster e • o • наборщик текста , n.
ster • e • o • typ • ic (стеръе ə наконечник ik, stēr ′ -), США произношение стер́е • о • тип i • cal , прил.
    • 6. См. Соответствующую запись в Несокращенном . классифицировать, тип, идентифицировать.

Краткий английский словарь Коллинза © HarperCollins Publishers ::

стереотип / ˈstɛrɪəˌtaɪp ˈstɪər- / n
  1. способ изготовления литых металлических печатных форм из формы, изготовленной из формы шрифта из папье-маше или какого-либо другого материала
  2. пластина, полученная таким образом,
  3. другое слово для стереотипии
  4. идея, черта, соглашение и т. Д., Которые устарели из-за фиксированного использования
  5. набор неточных, упрощенных обобщений о группе, которые позволяют другим классифицировать их и относиться к ним соответственно
vb (транзитивный)
  1. сделать стереотип
  2. для печати из стереотипа
  3. для придания фиксированного использования или соглашения

ˈstereoˌtyper , ˈstereoˌtypist n

stereotype ‘ также встречается в этих записях (примечание: многие из них не являются синонимами или переводами):

Это (гендерный) стереотип! | GLSEN


ОБЗОР

Этот урок объяснит ученикам начальных классов, что такое «стереотип».Играя в «игру стереотипов», учащиеся смогут принять участие в борьбе с гендерными стереотипами и узнать о многих способах, которыми мы можем соответствовать или разрушать их. Они составят список некоторых распространенных гендерных стереотипов для девочек и мальчиков и узнают, как все дети могут решать для себя, что им нравится и кем они хотят стать, когда вырастут.

ЗАДАЧИ

Учащиеся определят стереотипы и исследуют, как они соотносятся с полом. Студент перечислит примеры гендерных стереотипов и обсудит их ограничения.Студенты будут размышлять о своем собственном поле в связи со стереотипами.

ВОЗРАСТ / УРОВЕНЬ ОПЫТА

1-3 классы.

ЧТО СЛЕДУЕТ ПОДГОТОВИТЬ И НЕОБХОДИМЫЕ ИНСТРУМЕНТЫ

Посмотрите вопросы по игре Это стереотип! . Заполните пропуски, чтобы лучше представить своих учеников. Материалы: диаграмма, маркеры, бумага, карандаши.

ВРЕМЯ

40 минут.

ВСЕ О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  1. Открытие или подготовка к работе: попросите учащихся поразмышлять над своими предпочтениями.Позже они воспользуются этим, чтобы помочь им провести мозговой штурм, каким гендерным стереотипам они подходят, а какие — нет. Студенты должны перечислить свои любимые занятия, цвета и то, чем они надеются стать, когда вырастут.

  1. Обсуждение в группе: представьте и определите «стереотип», сначала записав его на доске и спросив учащихся, слышали ли они это слово раньше. Если да, попросите пример. Напишите на доске определение: «Простая идея, которую многие люди считают относительно большой группы людей, не верна для всех в этой группе.”

  2. В классе или в группах попросите учащихся создать примеры стереотипов для девочек, мальчиков и детей. При необходимости приведите примеры всей группой и укажите занятий, цветов и профессий . Это момент, когда вы можете включить утверждение: «Некоторые люди не мальчики или девочки, они просто люди». Включение стереотипов для всех «детей», а также «мальчиков» и «девочек» оставит место для небинарных людей, и будьте уверены, что вы не усиливаете гендерную бинарность.См. Руководство GLSEN по обсуждению гендерных вопросов для получения дополнительной информации о гендерной идентичности.

  • Вот некоторые примеры стереотипов:
    • Девочки — Деятельность: рисование, куклы, пение, чтение Цвета: розовый, фиолетовый, Профессии: учитель, медсестра, мама / домохозяйка
    • Мальчики — Виды деятельности: грузовики, лего, математика Цвета: синий, зеленый Профессии: врач, директор школы, пожарный
    • Дети — игрушки, игры, вопросы, переменка, арт-класс, друзья
  • Независимо от того, работали ли студенты в парах или в группах, чтобы составить списки, обязательно собирайтесь вместе всей группой, чтобы составить классный список стереотипов.Запишите их на листе бумаги, чтобы учащиеся могли подумать о них и о том, как они подходят или ломают их после урока. Спросите студентов: «Есть ли какие-то стереотипы, которые вам подходят?» «Есть ли какие-то стереотипы, которые вам не подходят?» «Должны ли эти стереотипы быть верными для всех девочек, всех мальчиков или всех детей?»

4. Играйте всем классом в игру «Это стереотип!». Скажите студентам: «Я собираюсь прочитать предложение. Если предложение представляет собой стереотип или простую идею, которая не подходит для всех в группе, встаньте, скрестите руки и скажите: «Это стереотип!» Если это не так, оставайтесь на своих местах. Примечание. Если у вас есть ученики с ограниченными возможностями передвижения, вместо того, чтобы стоять на стороне игры, ученики могут держать таблички с надписью «стереотип», когда это утверждение является стереотипом, или скрещивать руки, где бы они ни находились.

а) Все вы в _____ классе.

б) Некоторым ____ классникам нравятся перемены.

в) Девочки любят носить платья.

г) Некоторые девушки любят рисовать.

д) Все мальчики любят играть с грузовиками.

е) Некоторые из ___ классников — мальчики.

г) Все ___ классники — девочки.

з) Учителя все девушки.

i) Некоторым ___ оценщикам нравится играть в теги.

j) Все медсестры — девочки.

к) Некоторые мальчики любят играть с грузовиками.

л) Девочки любят читать.

м) Всем пацанам нравится бирка.

n) Все дети идентифицируют себя как мальчики или девочки.

о) Девочки любят кукол.

р) Некоторым девушкам нравится играть с Лего.

в) Все дети любят рисовать.

р) Некоторым мальчикам нравится играть с Лего.

с) Девушкам нравится фиолетовый цвет.

т) Некоторым детям нравится желтый цвет.

х) Некоторым мальчикам нравится розовый цвет.

v) Некоторые ___ классники любят танцевать.

w) Мальчики любят видеоигры.

х) Все ___ грейдеры классные!

Скажите студентам: «Стереотипы — это простое представление о большой группе людей, которое многие люди считают верным, но неверно для всех в этой группе.”

5. Заключение: попросите учащихся еще раз взглянуть на списки стереотипов для мальчиков и девочек. Предложите им подумать о том, как они себя идентифицируют сегодня, и перечислить все, что они не подходят или «ломают» стереотипы в отношении девочек, мальчиков или детей. Обсудите с учениками их размышления и спросите их: «Нормально ли, когда стереотипы нам не подходят? Каково это, когда стереотипы не подходят? Почему мы должны думать о гендерных стереотипах или стереотипах, говорящих нам о вещах для «мальчиков» и «девочек»? »

Напомните учащимся: «Гендерные стереотипы вредны, потому что они берут простую идею и пытаются сказать, что она работает для всех в группе.Гендерные стереотипы иногда заставляют людей перестать заниматься тем, что им нравится и которым они действительно хотят заниматься. Из-за них людям сложнее быть самими собой и любить то, что им нравится ».

ВОЗМОЖНОСТИ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ

Для учащихся, которым требуется больше времени или поддержки по этой теме, этот урок можно разбить на три урока, разделив начало и заключение, и учащиеся также могут играть в игру в небольших группах или работать 1: 1 с учителем и использовать высказывания, вырезанные по типу «стереотип» или «не стереотип».Чтобы бросить вызов учащимся, вместо того, чтобы учитель читал утверждения для игры стереотипов, утверждения можно записать на полосах, и учащиеся могут по очереди вытаскивать и читать их из сумки. Учащимся также может быть предложено создать свою собственную версию игры или добавить свои собственные примеры для второго раунда.

ПОСЛЕДУЮЩИЕ ДЕЙСТВИЯ / РАСШИРЕНИЯ
  • Найдите в книжках с картинками примеры персонажей, которых дразнят за нарушение гендерных стереотипов, и попросите учащихся поработать вместе, чтобы придумать, а затем разыграть способы вмешательства.Например, попробуйте Red из Red: A Crayon’s Story Майкла Холла или Dyson из My Princess Boy Шерил Килодавис. Как ваши ученики могут быть союзниками людей, которые ломают гендерные стереотипы?

  • Предложите учащимся поработать над своим собственным независимым проектом по борьбе с гендерными стереотипами: спросите учащихся: «Что вы можете сделать, чтобы люди могли выбирать свои собственные предпочтения, независимо от того, соответствуют они гендерному стереотипу или нет? Кому вы хотите рассказать людям о гендерных стереотипах? » Например:

    • Напишите письмо или сделайте открытку в знак поддержки кого-то, кого вы знаете, или персонажа, о котором мы читали, который сломал гендерные стереотипы.

    • Нарисуйте комикс, показывающий, что кто-то является союзником того, кто ломает гендерные стереотипы. Что они могли сказать или сделать, чтобы вмешаться?

    • Напишите пародию, показывающую, что кто-то является союзником людей, которые ломают гендерные стереотипы.

  • Предложите учащимся изучить гендерные стереотипы в средствах массовой информации и вокруг них на уроке «Пойдем по магазинам» от GLSEN’s Ready, Set, Respect!

ДРУГИЕ УРОКИ ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ ГЕНДЕРНЫХ СТЕРЕОТИПОВ

Как победить стереотипы, рассматривая людей как личности

В 1983 году белый мужчина вошел в концертную площадку для белых во Фредерике, штат Мэриленд, и заметил, что темнокожий мужчина играет в группе, которая в остальном была полностью белой.

Он подошел к музыканту и сказал ему: «Мне очень нравится ваша музыка. Я впервые слышу, как черный мужчина играет на пианино, как Джерри Ли Льюис ». Пианист, музыкант по имени Дэрил Дэвис, ответил, что Джерри Ли Льюис был вдохновлен чернокожими музыкантами .

Дэрил Дэвис держит одежду KKK в Blues and Rock for Humanity в ноябре 2017 года. © Википедия / Creative Commons

Этот человек не поверил Дэвису, но ему так понравилась его музыка, что он был готов выпить с Дэвисом и поговорить об их общей любви к фортепианной музыке.Он сказал Дэвису, что никогда раньше не пил с черным мужчиной. Дэвис хотел знать, почему, и именно тогда этот человек признал, что является членом Ку-клукс-клана (KKK).

Рекламное объявление Икс

Meet the Greater Good Toolkit

От GGSC на вашу книжную полку: 30 научно обоснованных инструментов для благополучия.

Несмотря на то, что он был клановцем, этот человек стал завсегдатаем выступлений Дэвиса, потому что он научился видеть в нем великого индивидуального пианиста, а не через призму групповых стереотипов.В конце концов, как обнаружил Дэвис, этого человека выгнали из местного отделения KKK.

Эта история раскрывает важнейший навык для наведения мостов между разными типами людей: сосредоточение внимания на индивидуальных характеристиках, а не на групповой идентичности. Эта встреча подтолкнула Дэвиса к крестовому походу — он подружился и убедил более 200 членов KKK покинуть организацию. Все усилия были в первую очередь основаны на способности Дэвиса общаться с ними один на один.

Может показаться трудным спорить с идеей о том, что мы должны сосредоточиться на том, что люди говорят, делают и во что верят, вместо того, чтобы бездумно вывести эти вещи из их группового членства — но на самом деле мы используем групповую принадлежность для оценки людей все время.Какие психологические силы заставляют нас делать это, даже когда стереотипы о других людях противоречат нашим ценностям? Как мы можем научиться игнорировать групповые стереотипы и вместо этого слушать отдельные истории?

Мы можем найти некоторые ответы в исследовании — и сегодня мы можем увидеть, как эти научные открытия подвергаются реальным испытаниям организациями по наведению мостов в Соединенных Штатах.

Почему мы стереотипы

Психологи называют наши умственные ярлыки «эвристикой» — они нужны нам, чтобы помочь нашему мозгу ориентироваться в мире.Если вы видите существо с перьями, сидящее на ветке дерева, вероятно, оно летает и ест червей. Если вы планируете поездку в северную часть штата Нью-Йорк зимой, неплохо было бы взять с собой зимние ботинки.

Но эвристика может привести нас к потенциально опасным предположениям о других людях. Расовые стереотипы, например, возникают из убеждения, что принадлежность к расовой группе определяет кого-то по ряду характеристик, включая его поведение. Идея о том, что принадлежность к группе определяет врожденные качества, называется «эссенциализмом».”

Расовая сегрегация является результатом широко распространенной веры в расовый эссенциализм. Например, многие белые на юге Джима Кроу ошибочно полагали, что цвет кожи и раса определяют чей-то характер, поведение и интеллект.

Вот почему преподобный доктор Мартин Лютер Кинг-младший во время своей речи 1963 года на Марше в Вашингтоне сказал, что он мечтал о том, что его «четверо маленьких детей однажды будут жить в мире, где их будут судить не по цвету кожи. их кожи, но содержанием их характера.Кинг утверждал, что его детей следует оценивать как личности, а не как архетипы расовой группы. Если мы хотим понимать людей, нам нужно сосредоточиться на отдельных словах и действиях, а не на их групповой идентичности.

Но как? Если стереотипы настолько сильны, что могут служить основой всей социальной системы, которая требовала отмены движения за гражданские права, что мы можем сделать как личности, чтобы видеть других людей без предрассудков?

Падение эссенциализма

Это вопрос, над которым социологи работают давно.

Недавно психолог Скидморского колледжа Ли Уилтон была частью команды, которая проверила два разных подхода к борьбе с эссенциализмом. В одном исследовании они дали участникам пару чтений (в дополнение к утверждению условия контроля), продвигая компонент разнообразия в потенциальном стратегическом плане университета.

В одном чтении подчеркивается различие разных групп с помощью предложений, подобных этому:

У каждой группы есть свои таланты, а также свои проблемы, и, признавая как сильные, так и слабые стороны, мы подтверждаем идентичность каждой группы и признаем ее существование и важность для социальной ткани.

Вторая выдвинула на первый план индивидуальные характеристики: «Мы должны смотреть за пределы цвета кожи и понимать человека внутри, чтобы видеть каждого человека как личность, которая является частью большей группы».

Затем

участников попросили заполнить анкету, основанную на шкале расового эссенциализма, цель которой — оценить «согласие участников с точкой зрения, что раса неизменна и биологически детерминирована».

Результаты? Участники, прочитавшие отрывок, в котором подчеркиваются групповые различия, с большей вероятностью заявили о своей вере в расовый эссенциализм, чем те, кто получил индивидуально-ориентированное сообщение.Другими словами, сосредоточение внимания на отдельных лицах помогло участникам увидеть людей из разных культур как индивидуумов, а не как группы с основными характеристиками.

Уилтон подчеркивает, что это не означает, что бесполезно мыслить группами. Однако мы должны знать, что такой образ мышления действительно ведет к более эссенциалистским убеждениям. «Проблемы возникают, когда люди думают о людях с точки зрения их групповой идентичности или делают предположения о людях… исходя из того, как они выглядят или каково их происхождение», — объясняет она.

Воображая овощи

Эссенциализм — не единственная сила, которая мешает нам рассматривать людей как личности.

Многие из наших социальных разделений происходят из-за того, что мы реагируем на чужие группы — людей, не принадлежащих к той социальной группе, с которой мы психологически идентифицируемся, — иначе, чем мы реагируем на наши внутренние группы. Расовый эссенциализм, например, может быть обусловлен верой в то, что люди из разных расовых групп имеют существенные и категорические отличия от нас, которые делают наше сосуществование трудным или невозможным.

Эта реакция против чужих групп не всегда бывает сознательной или преднамеренной. Исследования показывают, например, что, когда люди видят кого-то из другой группы, их мозг может автоматически реагировать, как если бы они столкнулись с физической угрозой. Мы быстро помещаем людей в группу, даже не задумываясь об этом.

«Когда вы просто классифицируете человека, вы не придаете ему особого значения. ”
―Сьюзан Фиске

Одно нейробиологическое исследование, проведенное психологом из Принстона Сьюзан Фиск, показало, что когда белые участники видели фотографии черных лиц и имели две секунды, чтобы судить, были ли люди на этих фотографиях старше 21 года, они проявляли активность в области мозга, называемой миндалевидное тело, что свидетельствует о высоком уровне бдительности и эмоциональном возбуждении.Другими словами, они видели в лице угрозу.

Но то же исследование показало, что есть простой способ обойти эту автоматическую реакцию.

В некоторых случаях команда Фиске просила белых участников оценить, какие овощи люди на фотографиях предпочли бы съесть. В тех случаях — когда им было предложено увидеть людей как индивидуумов, со своими вкусами и предпочтениями — активность миндалины выглядела так же, как когда участники видели белые лица, предполагая, что они были способны индивидуализироваться — видеть лица как личности — вместо того, чтобы быстро сгруппировать их в категории и рассматривать их как угрозу.

Фиске объясняет, что люди часто склонны быстро распределять людей по группам, но что больше информации о человеке может помочь вам индивидуализировать их, думая о том, что происходит в их индивидуальном сознании.

«Когда вы просто классифицируете человека, вы не придаете ему особого ума», — говорит она. «Но когда вы пытаетесь выяснить, что это за люди, каковы их предрасположенности, вы должны думать об их уме».

Сосредоточивая внимание на характеристиках индивидов, а не на их групповой идентичности, мы можем маневрировать вокруг раздельного восприятия чужих групп, которые разделяют нас, а не объединяют.

«Что хорошо в задаче с овощами, так это то, что она создает минимально возможную цель, которая может потребоваться, чтобы вывести вас за пределы категории», — говорит Фиске.

Развитие сочувствия через рассказывание историй

В конце прошлого года группа детей из средней школы University Heights в Нью-Йорке вошла в гигантскую надувную комнату и села, чтобы поговорить с группой студентов, сидящих почти в 700 милях от нее.

С другой стороны экрана были ученики Центральной средней школы Флойда в Восточном Кентукки, горнодобывающем регионе, который ничем не отличался от Южного Бронкса.

Тем не менее, две группы студентов быстро стали друзьями, узнав, что их разделяет не так много — несмотря на глубокие демографические, культурные и политические различия, — как можно было ожидать.

Проект был разработан Narrative 4, организацией, которая работает по всему миру, чтобы объединить различные группы людей, делясь своими личными историями.

«Мы как бы подсоединили этих детей друг к другу благодаря обмену историями», — сказал Ли Кейлок, директор глобальных программ в Narrative 4, Greater Good .«Это разрушает все эти стереотипы и предубеждения».

Фонд либертарианско-консервативного миллиардера Чарльза Коха частично профинансировал эту инициативу. Класс в Тампико, Мексика, также принял участие, что сделало проект международным.

Что делает нас уникальными?

Как и многие организации по наведению мостов, «Повествование 4» стратегически избегает обсуждения вопросов, которые могут вызвать негативную межгрупповую динамику.

Кейлок объясняет, что студенты в Университетских высотах происходят из самых разных конфессий, в отличие от более однородной католической школы в Тампико.Итак, «Повествование 4» советует участникам не начинать разговор с того, чтобы сразу же спрашивать об их религиозном прошлом, что может отнести их к групповой категории, а вместо этого просить их рассказывать истории о том, во что они лично верят.

«Итак, они уже знакомятся друг с другом в очень личном плане, — говорит Кейлок, — прежде чем они начнут говорить о некоторых из этих серьезных проблем».

Сестричество Салама Шалома придерживается аналогичного подхода, работая над укреплением связей между женщинами в этих двух религиозных общинах: мусульманской и еврейской.Например, организация рекомендует участникам избегать обсуждения израильско-палестинского конфликта — поляризующего вопроса, который часто быстро разделяет мусульман и евреев — до тех пор, пока они не будут знакомы друг с другом в течение целого года. Это позволяет женщинам видеть друг в друге личностей, а не партийных представителей одной стороны конфликта.

«Народная вечеря» применяет это понимание для налаживания связей между самыми разными американцами. Он организовал более 900 ужинов по всей стране, собрав участников из разных социальных и политических кругов, чтобы поговорить о себе и наладить дружеские отношения с людьми, находящимися по другую сторону основных разногласий.«Для нас отправной точкой является не говорить о политике», — сказал в прошлом году Леннон Флауэрс, участвовавший в запуске проекта. «Так часто наши разговоры ограничиваются нашими позициями, а не нашими историями, а не тем, кто мы есть».

Благодаря исследованиям и опыту практикующих специалистов в этой области мы знаем, что сосредоточение внимания на индивидуальных характеристиках, а не на групповой идентичности, может быть мощным инструментом наведения мостов.

Просто спросите Гэри Най, бывшего лидера KKK, которого Дэвис убедил покинуть организацию.В документальном фильме под названием Accidental Courtesy , в котором рассказывается о антирасистской работе Дэвиса, интервьюеры просили Найя объяснить его трансформацию. Он указал на Дэвиса и ответил: «Я встретил его».

Гендерная идентичность и роли | Женские черты и стереотипы

У нашего общества есть набор представлений о том, как мы ожидаем от мужчин и женщин, чтобы они одевались, вели себя и представляли себя.

Что такое гендерные роли?

Гендерные роли в обществе означают, как мы должны вести себя, говорить, одеваться, ухаживать и вести себя в зависимости от того, какой у нас пол.Например, от девочек и женщин обычно ожидается, что они будут одеваться по-женски и будут вежливыми, любезными и заботливыми. Обычно ожидается, что от мужчин будут сильные, агрессивные и смелые.

В каждом обществе, этнической группе и культуре есть ожидания относительно гендерных ролей, но они могут сильно отличаться от группы к группе. Они также могут со временем меняться в одном и том же обществе. Например, розовый раньше считался мужским цветом в США, а синий считался женским.

Как гендерные стереотипы влияют на людей?

Стереотип — это широко распространенное суждение или предубеждение в отношении человека или группы, даже если оно слишком упрощено и не всегда верно.Стереотипы в отношении пола могут привести к неравному и несправедливому обращению из-за пола человека. Это называется сексизмом.

Существует четыре основных вида гендерных стереотипов:

  • Личностные черты. Например, от женщин часто ожидается уступчивость и эмоциональность, а от мужчин — уверенность в себе и агрессивность.

  • Домашнее поведение — Например, некоторые люди ожидают, что женщины будут заботиться о детях, готовить и убирать в доме, в то время как мужчины заботятся о финансах, работают с автомобилем и ремонтируют дом.

  • Профессии — Некоторые люди быстро предполагают, что учителя и медсестры — женщины, а пилоты, врачи и инженеры — мужчины.

  • Внешний вид — Например, ожидается, что женщины будут худыми и изящными, а мужчины — высокими и мускулистыми. Также ожидается, что мужчины и женщины будут одеваться и выглядеть стереотипно для их пола (мужчины в брюках и с короткой стрижкой, женщины в платьях и с макияжем.

Гиперженственность — это преувеличение стереотипного поведения, которое считается женским.Гиперженские люди преувеличивают те качества, которые они считают женскими. Это может включать в себя пассивность, наивность, сексуальную неопытность, мягкость, кокетливость, грациозность, заботу и принятие.

Гипермаскулинность — это преувеличение стереотипного поведения, которое считается мужским. Гипермужные люди преувеличивают качества, которые они считают мужскими. Они считают, что должны соревноваться с другими мужчинами и доминировать над женщинами, будучи агрессивными, мирскими, сексуально опытными, бесчувственными, физически внушительными, амбициозными и требовательными.

Эти преувеличенные гендерные стереотипы могут затруднить отношения между людьми. Гиперженские люди с большей вероятностью будут терпеть физическое и эмоциональное насилие со стороны своих партнеров. Гипермужные люди более склонны к физическому и эмоциональному насилию по отношению к своим партнерам.

Крайние гендерные стереотипы вредны, потому что не позволяют людям полностью выражать себя и свои эмоции. Например, мужчинам вредно чувствовать, что им нельзя плакать или выражать чувствительные эмоции.И женщинам вредно чувствовать, что им нельзя быть независимыми, умными или напористыми. Разрушение гендерных стереотипов позволяет каждому проявить себя как можно лучше.

Как бороться с гендерными стереотипами?

Вы, вероятно, видите повсюду гендерные стереотипы. Возможно, вы также видели или сталкивались с сексизмом или дискриминацией по признаку пола. Есть способы бросить вызов этим стереотипам, чтобы помочь всем — независимо от их пола или гендерной идентичности — чувствовать себя равными и ценными как люди.

  • Укажите на это — журналы, телевидение, фильмы и Интернет полны негативных гендерных стереотипов. Иногда людям трудно увидеть эти стереотипы, если на них не указать. Будь этим человеком! Поговорите с друзьями и членами семьи о стереотипах, которые вы видите, и помогите другим понять, насколько сексизм и гендерные стереотипы могут быть вредными.

  • Будьте живым примером. Будьте примером для подражания для своих друзей и семьи. Уважайте людей независимо от их гендерной идентичности.Создавайте безопасное пространство, где люди могут выражать себя и свои истинные качества независимо от гендерных стереотипов и ожиданий общества.

  • Говорите — если кто-то делает сексистские шутки и комментарии, будь то онлайн или лично, бросьте им вызов.

  • Попробуйте. Если вы хотите сделать что-то, что обычно не связано с вашим полом, подумайте, безопасно ли это делать. Если вы думаете, что сможете, попробуйте. Люди будут учиться на вашем примере.

Если вы боролись с полом или гендерной идентичностью и ожиданиями, вы не одиноки. Это может помочь вам поговорить с надежным родителем, другом, членом семьи, учителем или консультантом.

Leave a Reply

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2021 © Все права защищены.